Социологическая лирика

О поэзии

В.Н. Иванова

Поэтическая социология и социологическая поэзия

 

Русская литература знает много Ивановых. Так, в многотомном энциклопедическом биографическом словаре «Русские писатели (1800-1917)» насчитывается более полутора десятков русских писателей Ивановых (см.: Русские писатели. 1800-1917. Т.2. М., 1989).

Из «редких» Ивановых здесь есть Иванов Федор Федорович (1777-1816) — «драматург», «поэт», «сын генерал-майора»; Иванов Алексей Федорович (псевдоним Классик) (1841-1894) — поэт, прозаик, переводчик; Иванов Константин Васильевич (1890-1915) — чувашский поэт.

Из ученых Ивановых есть Иванов Ардалион Васильевич (1805-после 1875) — писатель и педагог; Иванов Иван Иванович (1862-1929) — писатель и историк; Иванов Евгений Павлович (1884-1967) — писатель и этнограф.

Из наиболее известных Ивановых, подвизавшихся на литературном поприще русского зарубежья в XX веке, кстати будет упомянуть Иванова Вячеслава Ивановича (1866-1949) — поэта, добравшегося аж до Италии и умершего в Риме; Иванова Георгия Владимировича (1894-1958) — поэта, осевшего во Франции и почившего в местечке Йер-ле-Палмье; и, наконец, Иванова Разумника Васильевича (1878-1946) — писателя, скончавшегося в Мюнхене.

Из достаточно известных в свое время, но ныне уже изрядно подзабытых, советских писателей упомянем Иванова Всеволода Вячеславовича (1895-1963); Иванова Валентина Дмитриевича (1902-1975); Иванова Анатолия Васильевича (1914-?); Иванова Анатолия Степановича (1928-1999); поэта-пародиста Иванова Александра Александровича (1936-1996).

Что поражает в этом перечне писателей Ивановых, так это их самобытность, разнообразие избранных в литературе путей — дорог и тропинок, трансцендентальная непредсказуемость талантов и судеб.

И все же, и все же, и все же... В русской литературе и сейчас есть Ивановы... Есть Ивановы и в современной академической науке... Но, как общее правило, все это малоизвестные люди. Мне известно лишь одно яркое исключение из этого ряда современных писателей и ученых (как правило, зело молодых и незрелых). Это писатель и ученый, поэт и социолог, а также историк — мемуарист, написавший интереснейшие заметки-воспоминания, этнограф и педагог Вилен Николаевич Иванов, автор весьма и весьма многочисленных и содержательных научных трудов, Главный редактор двухтомной Социологической энциклопедии (М., 2003), главный редактор энциклопедического по сути своей журнала «Наука. Культура. Общество», Первый заместитель Директора Института социологии РАН и Вице-президент Российской академии социальных наук, член Союза писателей России, автор двенадцати замечательных поэтических сборников и прочая, прочая, прочая...

Многое вызывает интерес в творчестве Вилена Николаевича Иванова, научном и литературном... Но особое внимание здесь хотелось бы обратить на тему, которая до сих пор не была представлена ни в отечественной (и мировой) науке, ни в отечественной (и мировой) литературе. Эта тема — Социология и поэзия, или же Поэзия и социология — это уж как кому нравится.

Если верить словарям, термин «поэзия» — poiesis — в переводе с древнегреческого языка на русский означает творчество...

Владимир Иванович Даль (1801-1872), почетный член Петербургской Академии Наук, понимает под поэзией «изящество в письменности; все художественное, духовно и нравственно прекрасное, выраженное словами и притом более мерною речью. Поэзией отвлеченно зовут изящество, красоту как свойство, качество, не выраженное на словах, и самое творчество, способность, дар отрешаться от насущного, возноситься мечтою, воображеньем в высшие пределы, создавая первообраз красоты; наконец, зовут поэзией самые сочиненья, посланья этого рода и придуманные для сего правила: стихи, стихотворения и науку стихотворства».

Он же — Казак Луганский, автор поэтичнейшего «Толкового словаря живого великорусского языка» определяет и сущность поэта — пиита — стихотворца, одаренного природой «способностью чувствовать, сознавать поэзию и передавать ее словами, творить изящное...»

Эта творческая способность поэтического постижения действительности и ее передачи другим людям встречается весьма и весьма нечасто. Еще реже она бывает сопряжена с умудренностью поэта-стихотворца, с его внутренним миром и внешним опытом. В совсем исключительных случаях поэтическая мудрость проявляется в предметной сфере в естествознании, обществознании и их отраслях. Ярчайшие примеры такого рода из истории русской литературы и науки — Михаил Васильевич Ломоносов (1711-1765) и Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837) — «наше всё».

Поэтическое Мировосприятие — Миросозерцание — Мировоззрение вообще свойственно поэтам России. При этом в их творчестве можно различить лишь степень их лиричности либо гражданственности.

А поскольку, согласно весьма авторитетному современному немецкому «Философскому словарю», основанному Генрихом Шмидтом, термин «социология» (от лат. socius — товарищ и греч. logos — учение) — это «учение о формах и изменениях совместной жизни людей, а также животных и растениях», то получается, что классическая русская поэзия социологична прежде всего своей явной творчески-созидательной сущностью, созерцательно-трансцендентальной ценностью и целостно-смысловому восприятию бытия человека и человечества в его истории.

Существеннейшим уточнением — дополнением социологической картины мира в ее потаенном поэтическом своеобразии и сокровенной глубине является определение социологии, которая согласно В.Н.Иванову, следующему здесь за Эмилем Дюркгеймом, «в значительной мере представляет собой определенным образом понимаемую историю».

Так что для более точного определения существенной особенности «поэзии по-русски» вполне уместно будет заявить о ее «социологичности», поскольку человек-стихотворец и то, что он постигает и передает, являются истинным ее предназначением в прошлом, настоящем и будущем, именно в связи с проблемами человека как созидателя и практика.

Таким образом, тема: Поэзия и социология, впервые заявленная Виленом Николаевичем Ивановым, как нельзя лучше представляет социологический потенциал поэзии (а вместе с тем поэтический потенциал социологии).

Стихотворения Вилена Николаевича Иванова — это сплав творческих интенций и философских проникновений, житейских наблюдений и психологических характеристик, исторических реминисценций и футурологических открытий, философской мысли и социологической динамики...

Так что же характеризует в этой связи в книге Вилена Николаевича Иванова поэзию в ее живом созидательно-творческом жанровом многообразии и социологию в ее основных теоретических и практических парадигмах (примерах, образцах) и интенциях (намерениях, тенденциях).

Начнем с рассмотрения жанрового многообразия книги Вилена Николаевича Иванова «Социология и поэзия», которую можно определить как смелый творческий сплав лирической, художественной, живой, смысловой, иронической поэзии, с одной стороны, и политической, социальной, философской, исторической, психологической науки — с другой.

Лирическое начало безусловно пронизывает все поэтическое творчество В.Н.Иванова. Квинтэссенцией лирических трансценденций все же признаем «Совет юноше»:

Не будь труслив и равнодушен,

Чужих грехов не замечай,

Желаньям грешным малодушно

Не уступай.

Стараясь покорить пространство,

Вес делай складно, по уму,

Стремись к любви и постоянству

И не завидуй никому.

 

Наглядный пример художественности и живописности — «Надежда»:

 

Пишу для тех, кто этого не знает,

Надежда никогда не умирает,

Ни первой, ни последней, никакой,

И в этом есть, конечно, смысл большой.

Надеждой надо дорожить,

Она нам помогает жить.

Она уверенность вселяет.

Она и слабых окрыляет,

В ней сила есть зовущего примера

И из надежды вырастает вера.

 

Стихи В.Н.Иванова живут своей жизнью. Одно из таких живых житейских стихотворений так и называется — «Вопрос?»:

 

Ну, кого спросить теперь об этом? —

Говорю я как-то невпопад.

Можно ли простить любовь поэту,

Если он немолод и женат?

 

Образец смысловой поэзии — раздумчивое стихотворение «Смыслы»:

 

Любим мы, печалимся, страдаем,

Веселимся, думаем, грустим.

Каждый миг мы смыслом наполняем,

Но порой не ведаем, каким.

 

Наконец, из великолепной золотоносной россыпи иронических, шутливых, сатирических, просто юмористических стихотворений выберем относящееся непосредственно к самому поэту — Вилену Николаевичу Иванову, члену-корреспонденту РАН, первому заместителю директора ИСПИ РАН:

 

Я каяться в грехах устал

И больше это делать не намерен.

Себе я никогда не изменял

(Хотя я в этом не уверен).

 

В заключение данного размышления — рассуждения скажем кратко о социологических интенциях и парадигмах применительно к: 1) политике; 2) собственно социологии; 3) философии; 4) истории; 5) психологии — соответственно. Итак:

1). «Выход для страны»:

 

Не подвергая прошлое упрекам,

Я вижу выход только в том,

Чтобы, не веря нынешним пророкам,

Вернуться к собственным истокам

И силой общею свой обустроить дом.

 

2). «Пора»:

 

Вокруг развал, и хаос, и разлад,

И люди честные в глухом отчаянье:

Смерть молодых сегодня не случайна,

Пора понять, кто в этом виноват.

 

3). «Вечные вопросы»:

 

Вопросы вечные «зачем» и «почему»

Тревожат нас всю нашу жизнь земную,

Но в чем их смысл, я тоже не пойму

II потому ответить не рискую,

Зачем мы здесь с тобой и почему.

 

4). «Уроки истории»:

 

Вес начинается достойно, по уму,

Потом ошибки совершаем.

Потом ошибки повторяем,

На те же грабли наступаем

Как было много лет тому.

Я этого, признаться, не пойму

И потому порой обидно,

И грустно, горько, даже стыдно —

История не учит ничему.

 

5). «Умный и глупый»:

 

Умный человек или не очень —

Как тут без ошибки отличить?

Сделать это просто, кто захочет:

Нужно повнимательнее быть.

Формулу даю без промедленья,

Как мой личный опыт говорит:

Глупый — он бежит за наслажденьем,

Умный — от страдания бежит.

 

Завершим небольшим обобщением важнейшей социопоэтической темы в творчестве писателей Ивановых — темой гражданственно-патриотической.

Автор цикла стихов «Римские сонеты», а также стихотворного «Римского дневника», проживавший с 1924 года в Италии (и получавший там до 1930 г. от советского учреждения Цекубу, так сказать, «командировочные»), писал в стихотворении «Италия»:

 

В стране богов, где небеса лазурны,

И меж олив, где море светозарно,

Где Пиза спит, и мутный плещет Арне,

И олеандр цветет у стен Либурны,

Я счастлив был. И вам, святые урны

Струй фэзуланских сердце благодарно.

За то, что Бог настиг меня коварно,

Где вы шумели, благостно и бурно.

Туда, туда, где умереть просторней,

Где сердца сны — и вздох струны — эфирней,

Несу я посох, луч ловя вечерний.

И суеверней странник и покорней —

Проходит опустелою кумирней,

Минувших роз ища меж новых терний.

 

И что же?! Какая-то «итальянская» заунывность ощущается здесь у обзападненного и обкатоличенного поэта Иванова Вячеслава Ивановича.

Совсем другое дело — Иванов Георгий Владимирович...

 

...Голубизна чужого моря,

Блаженный вздох земли чужой

Для нас скорей эмблема горя,

Чем символ прелести земной..., — пишет он все о том же Средиземном море...

А в другом своем стихотворении он, Георгий Владимирович Иванов, с затаенной грустью, с меланхолической ностальгией и со светлой минорностью, но и с любовью, верой и надеждой рассуждает, так сказать, «о Родине и о себе»; стараясь быть при этом объективно отстраненным:

  

   ***

               Роману Гулю

 

Нет в России даже дорогих могил,

Может быть, и были — только я забыл.

Нету Петербурга, Киева, Москвы —

Может быть, и были, да забыл, увы.

 

Ни границ не знаю, ни морей, ни рек.

Знаю — там остался русский человек.

Русский он по сердцу, русский по уму,

Если я с ним встречусь, я его пойму.

 

Сразу, с полуслова... И тогда начну

Различать в тумане и его страну.

 

Так поставлена живая социопоэтическая проблема Ивановым Георгием Владимировичем. Но есть и решение этой проблемы, явно ведомое в свое время и самому Георгию Владимировичу Иванову...

Через много лет, решение проблемы настоящего патриотизма даст также Иванов. Наш Иванов!.. Вилен Николаевич Иванов!.. В стихотворении «Служу России»:

 

Я люблю Россию, как невесту,

И сегодня так для всех скажу:

«Я служил ей истово и честно,

И, даст Бог, еще ей послужу».

И здесь уже есть все — социология и поэзия, философия и политика, история и психология, а, прежде всего, сам человек — гражданин и патриот своей Родины — России.

Секретарь Союза писателей России, Главный редактор энциклопедического журнала-меморандума «Московский писатель», Президент Академии литературы С. Н. Лебедев.

 

 

 

Поэзия - категория социальная

 

На протяжении долгих лет одной из традиционных жанровых разновидностей русской классической поэзии была так называемая «альбомная лирика», представляющая собой, главным образом, близкие к жанру мадригала стихотворные посвящения типа «В альбом княгине такой-то» или «В альбом графу такому-то». Ею не брезговали ни гений русской поэзии Александр Сергеевич Пушкин (в собрании сочинений которого мы встретим такие стихи, как «В альбом Илличевскому», «В альбом Пущину», просто «В альбом», а также «N.N.», «К.А.Б.», «Н.Н.», «К ***» и тому подобные), ни Денис Давыдов, М.Ю. Лермонтов, Е.А. Боратынский и большинство других поэтов их эпохи. Да и гораздо более поздние стихотворцы не гнушались писать рифмованные посвящения своим друзьям, коллегам, начальству, представителям власти и, конечно же, возлюбленным дамам, наделяя в этих посланиях одних из своих адресатов — преувеличенными добродетелями, других — неземной красотой, а третьих — собранием грехов и пороков.

На первый взгляд, творчество Вилена Николаевича Иванова развивается именно в русле этой давней литературной традиции, о чём говорят уже сами названия его стихотворений — «Веронике Александровне в альбом», «Мадам Н.», «Вопрос к N.», «Е.К.И.», «С.С.Н.», а то и просто «Р.», «Л.», «О.» и им подобные. Однако, будучи по роду своей профессиональной деятельности крупным учёным-социологом, вице-президентом Российской Академии социальных наук и автором таких монографий, как «Социология сегодня» или «Россия: социальная ситуация и федеративные отношения», В.Н. Иванов и в своих поэтических опытах вольно или не­вольно предстает перед читателем не просто как сочи­нитель рифмованных поздравлений и пожеланий близ­ким людям (хотя в его творческом арсенале немало произведений и такого рода), но и как исследователь многих социальных проблем, волнующих сегодняшнее российское общество. Несмотря на то, что большинство его стихотворений имеет конкретного адресата и носит сугубо личный характер, очень многие строки из них воспринимаются как ответы на анкеты социологических исследований, выражающие отношение людей к тем или иным проблемам сегодняшней действительности или так называемым «вечным вопросам» человеческого бытия. «Мы вес живем как на войне»; «Любовь не знает репетиций»; «Людям не хватает человечности»; «Мы живем в режиме МЧС»; «Смысл жизни в том, чтоб жить, — и жить всегда достойно»; «Жизнь делают на­полненной друзья», — вот только некоторые из таких строчек-ответов, имеющих абсолютно самодостаточный как для изучения, так и для цитирования смысл.

Рядом с ними встречаются стихи и несколько более расширенного характера, напоминающие уже не просто короткие ответы на вопросы интервьюера, но фрагмен­ты более подробных бесед с опрашиваемыми. Таково, к примеру, стихотворение «Монолог пенсионера», начи­нающееся словами: «Уже на пенсии. Не знаю, чем за­няться. / И время вроде есть, и силы тоже есть». Или же стихотворение «О Сергее Есенине», словно бы пере­дающее собой одно из зрительских мнений о только что прошедшем по первому каналу российского телевиде­ния сериале Виталия и Сергея Безруковых «Есенин»: «Есенин нынче, как и прежде, / сомнений в этом просто нет, / для нас, для русских — самый нежный / и удиви­тельный поэт». А стихотворение «Женщины и мужчины» с подзаголовком «гендерный подход» представляет собой уже и вовсе развернутое мнение по поводу разницы между мужским и женским восприятием жизни и приоритетом жизненных ценностей: «Недавно кто-то из сатириков, / а может, из недавних лириков / изрек уверенно такую фразу: / «Любая женщина желает сразу, / желает страстно и ВСЕГО,\ но от мужчины ОДНОГО./ Любой мужчина, жаждущий утех, / желает ОДНОГО от женщин ВСЕХ».

Читатель стихов Вилена Иванова встретит в его книгах ёмкие и точные портреты целого ряда политических деятелей последних пятнадцати лет, начиная от разрушивших СССР М.С. Горбачёва, Б.Н. Ельцина и Е. Гайдара, и вплоть до сегодняшних депутатов, членов Правительства и лидеров политических партий — С.Н. Бабурина, Г.Н. Селезнёва, В.В. Жириновского, С.К. Шойгу, Н.И. Рыжкова, Г.А. Зюганова, М.М. Касьянова, Г.А. Явлинского, М.Е. Швыдкого, СЮ. Глазьева, Б.Е. Немцова, СВ. Кириенко, А.С. Волошина, Любови Слиски, Ирины Хакамады и других их соратников и противников по политической борьбе. (Существует, к примеру, даже целый поэтический цикл, который так и называется «Черномырдиана» — и, естественно, он посвящен Виктору Степановичу Черномырдину и его знаменитым высказываниям.)

Какие бы партии, движения или министерства ни возглавляли перечисленные выше лица, а адресованные им четверостишия (если даже они и не носят откровенно обвинительного характера) все равно не имеют однозначно положительного звучания, будучи так или иначе окрашены в оттенки ироничности или легкого укора. Да и как не укорять тех, кто заправляет политической жизнью страны, не слыша даже отдаленного голоса народа! В этом смысле очень показательны стихотворения, адресованные Виленом Ивановым своим коллегам-ученым, которые, в отличие от политиков, знают мнение всех слоев общества, а не только участников околополитических тусовок. Таково, например, стихотворение, посвященное директору Института сравнительной политологии РАН Геннадию Юрьевичу Семигину, в котором он, сжимая до размеров математической формулы суть его научной работы, констатирует: «Его концепция верна: / пусть жизнь у нас не идеальная, / но нам стабильность социальная / для дела общего нужна».

Вторая линия, которую продолжает своим творчеством В.Н. Иванов, тянется к нему от поэзии Михаила Васильевича Ломоносова, который писал графу Шувалову рифмованные «репорты» о пользе стекла и о других государственно важных делах, переводя тем самым занятие стихосложением из разряда изящных искусств в разряд общественно полезных дел. И хотя он в своих стихотворениях и не говорит о важности практической науки, адресованные им современному человеку слова не менее важны для будущего России, чем и заветы Ломоносова. Хотя бы такие, как в стихотворении «Служить людям», которое В.Н. Иванов завершает таким четверостишием: «Если служишь ты достойно людям, / сирых и отверженных любя, / будет тебе радость иль не будет, / ВСЁ ЗАВИСИТ ТОЛЬКО ОТ ТЕБЯ». Думается, что при всей своей дидактичности эти слова достойны того, чтобы иметь принадлежность к высокому званию Поэзии.

Николай Переяслов, член Петровской Академии наук и искусств, лауреат Международной литературной премии им. А. Платонова, секретарь Правления Союза писателей России.

Фотогалерея

Контакты

Тел: +7 (499) 530-28-84 пн–пт 09:00–17:00

Адрес: ул. Фотиевой, 6, корп.1

E-mail: vilen.ivanov@yandex.ru

 

JoomShaper