Социология в СССР. (Записки директора института) - Социология в СССР. (Записки директора института)

Должность директора Института стала вакантной. Конкурс на ее замещение был действительно объявлен. Однако события с некоторого времени приняли иной оборот. Начальство, очевидно, испугалось ситуации, когда по конкурсу может пройти кто-то не очень угодный ему, и конкурс был отменен под предлогом, что изменилось название института, и был назначен директором-организатором д.ф.н. В.А. Ядов, который через год был избран директором института в соответствии с Уставом АН СССР. П. Н. Федосеев предложил мне перейти, если я сочту это целесообразным, в другой институт на должность руководителя отдела или сектора. Я отказался. Мне было очень интересно, как отнесутся ко мне мои вчерашние подчиненные. В Институте социологии я возглавил сектор в отделе социологических проблем пропаганды (закрытый отдел института). Через некоторое время отдел был ликвидирован и на его базе был создан Центр социально-политических проблем и идеологических процессов. В соответствии с решением Ученого совета приказом директора института д.ф.н. В.А. Ядова я был назначен его руководителем.

 

  1. Одним из последних моих шагов на посту директора Института было обращение к Председателю Московского радио и телевидения с конкретными предложениями по усилению пропаганды социологических знаний на основе более широкого использования возможностей телевидения. Я исходил из того, что Москва всегда занимала центральное место в исследовательской работе Института. Большинство пилотажных исследований и экспертных опросов проводилось в Москве. Накопленный нами опыт, став достоянием широкого круга заинтересованных организаций и ученых, безусловно, мог бы сыграть положительную роль в укреплении позиций социологической науки. В моем письме на имя Председателя Московского радио и телевидения, в частности отмечалось: «С учетом того, что интерес к социологии растет, особенно в связи с изучением социологическими методами общественного мнения, предлагаю организовать специальную рубрику в вечерней московской программе под названием «Социологические диспуты». Форма диспута дает возможность построить передачи живо, отойти от скучных монологов лекторов. Кроме того, диспуты дадут возможность выявить проблемы для последующего социологического изучения. Таким образом мы получили бы своеобразный «портфель заказов» от москвичей для исследовательской работы недавно созданного сектора (руководитель к.ф.н. Демидов А.М.). В совокупности с заданиями сверху он мог бы иметь вполне обоснованный и действенный план работы.

 

В качестве тем для социологических диспутов можно было бы предложить такие: социология как наука, социология и перестройка, социальная справедливость с точки зрения социолога, равенство и уравниловка, общественное мнение и демократизация, самоуправление на производстве и вне его, семья как ячейка общества.

 

Их раскрытие предлагается на основе: использования данных социологических исследований и сопоставление разных точек зрения на имеющиеся проблемы. О каждой новой теме предстоящего диспута следует оповещать телезрителей с тем, чтобы учесть их мнение и вопросы. В ходе диспутов могут проводиться и экспресс-опросы телезрителей, использоваться обобщенные материалы, полученные на основе анализа писем, выступлений в прессе и .д.

 

Как ответственный за пропаганду социологических знаний вице-президент Советской социологической ассоциации, я согласен стать ведущим этой рубрики (или ее куратором) по Вашему усмотрению.»

 

Постдиректорские будни

 

Новая должность по сравнению с директорской означала значительное сокращение объема моих служебных обязанностей. Появилась возможность совместить научно-исследовательскую работу с преподаванием социологии. Осенью 1988 года я приступил к чтению курса по социологии средств массовой информации на Социологическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова и в МГИМО. По материалам прочитанных лекций совместно с коллегами были подготовлены и изданы учебные пособия.

 

Так, совместно с сотрудниками кафедры международной информации и журналистики МГИМО ( зав.кафедры д.ф.н. Ю.П.Буданцев), было издано учебное пособие « Социология средств массовой информации». Учебное пособие с аналогичным названием было издано так же совместно с сотрудниками кафедры социологии культуры Социологического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова под редакцией зав.кафедры д.ф.н. Ф.И.Минюшева и моей.

 

Мое участие в социологическом «наступлении» продолжалось.

 

В октябре 1988 года прошла научно-практическая конференция в Кишиневе «Пути совершенствования социалистического образа жизни в период перестройки». Мне совместно с секретарем ЦК КП Молдавской ССР Н.Ф. Бондарчуком было поручено возглавить орг. комитет конференции и выступить на ней с докладом. Конференцию эту ИСИ готовил совместно с учеными академии наук МССР. Основным на конференции был по существу доклад д.ф.н. И.Т. Левыкина как наиболее репрезентативный и доказательный. Конференция приняла рекомендации, оперативно отраженные в публикациях молдавской печати.

 

По итогам конференции была также подготовлена информация Орг. комитетом и направлена в отдел науки ЦК КПСС и Отделение философии и права АН СССР.

 

Мой уход с поста директора совпал по времени с 20-летием Института. В этой связи я дал интервью журналу «Социс». Ниже привожу его текст.

 

Невозможное становится возможным

 

(беседа с вице-президентом Советской социологической ассоциации, д.ф.н., профессором В.Н. Ивановым).

 

В связи с двадцатилетием Института социологии АН СССР редакция журнала «Социологические исследования обратилась к профессору В.Н. Иванову, проработавшему директором Института с марта 1983 года по октябрь 1988 года.

 

Вопрос корреспондента: Любая «круглая» дата всегда хороший повод для критического анализа сделанного и определения перспектив. Что бы Вы могли отметить в связи с 20-летием Института интересного и важного, свидетелем и участником чего Вам довелось быть?

 

Ответ В.Н. Иванова: Дата не очень внушительная, но все же достаточно заметная, чтобы стать поводом оглянуться на прожитые года, подытожить сделанное и увидеть несделанное (или плохо сделанное), подумать о причинах последнего, извлечь уроки на будущее.

 

История института начиналась сложно. И хотя мне не довелось участвовать в его создании и становлении (я пришел в Институт в конце 1974 года), определенные представления об этом периоде у меня сложились. К тому же постоянные контакты с теми, кто стоял «у истоков», помогают понять, как все начиналось. Конец 60-х годов для отечественной социологии был началом ее возрождения. С этим периодом связаны как надежды, так и первые разочарования и потери. Но вместе с тем социологический дебют состоялся. Его совершили люди, пришедшие в социологию из других наук и сумевшие в короткие сроки заявить о себе. В 70-е годы положение складывалось весьма противоречиво: с одной стороны, отрицающих полезность социологии становилось все меньше, спрос на нее продолжал расти, но с другой - настороженное отношение к нашей науке сохранилось, ее полное признание затягивалось.

 

Положительно сказались на деятельности института контакты с коллегами из социалистических стран, участие в комиссии по многостороннему сотрудничеству в области социологии. В конце 70-х годов было начато крутое международное исследование по проблемам сближения рабочего класса и научно-технической интеллигенции. Оно оказалось весьма поучительным. Нe все удавалось сразу. Сказывалось и отсутствие опыта в проведении подобных исследований, и разного рода ограничения перестраховочного характера, и наша нерасторопность. С чувством горечи отметил впоследствии один немецкий социолог: «мы все играли в футбол, но по разным правилам». Чтобы «социологический футбол» вызывал чувство удовлетворенности, нужно придерживаться правил, единых для всех участников. Сейчас условия для сотрудничества сложились более благоприятные, чем когда бы то ни было.

 

Важный событием для жизни института явился июньский (1383 г.) Пленум ЦК КПСС, на котором институт был подвергнут серьезной критике за мелкотемье, замкнутость в диссертационных интересах, групповщину. В ответ на эту справедливую критику мы предприняли конкретные шаги. К сожалению, в полной мере осуществить намеченное нам не удалось. Из того, что сделано, можно отметить обновление, укрупнение а актуализацию тематики проводимых исследований, решительное приближение их к нуждам и потребностям практики, постановку и решение ряда актуальных теоретических проблем, в том числе методологического характера, укрепление связи с партийными, советскими и хозяйственными органами, со средствами массовой информации и пропаганды, усиление помощи социологам на местах, введение в стране высшего социологического образования, создание всесоюзного банка социологической информации, открытие Центра изучения общественного мнения и Центра повышения квалификации социологов для Москвы и Московской области.

 

Не секрет, что в годы застоя мы многое списывали на условия, на непонимание и нежелание руководителей разных рангов прислушаться к голосу социологов и сами порой, не замечая того, понижали требования к собственной работе, довольствовались локальными исследованиями, прощали себе тривиальные выводы и не вполне обоснованные предложения. Двойная, если не тройная мораль, необязательность, граничащий с цинизмом эгоизм, низкий профессионализм - все это не обошло нас стороной. От всего этого предстоит решительно избавиться. А от привычного отказываться, как известно, нелегко. Но нужно. Это большинство сотрудников института, как мне представляется, понимает.

 

Постановление ЦК КПСС «О повышении роли марксистско-ленинской социологии в решении узловых социальных проблем советского общества» открывает новый этап в нашей работе и в нашей истории. Его полное осуществление - главная гарантия преодоления допущенных ошибок и недостатков.

 

Вопрос корреспондента: Двадцать лет назад Институт социологии создавался как головное учреждение академического профиля, то есть с ним связывалось развитие не только конкретных исследований, но и социологической теории, разработка фундаментальных проблем. Как вы полагаете, удалось ли институту сделать заметные шаги по этому пути? Можете ли вы назвать имена ученых, которыми гордится институт?

 

1 В.П. Култыгин, А.Г. Кузнецов «Общая социология», М., 2004 С. 184-185

2 Моя новая встреча с Президентом АН Финляндии Эриком Алардтом оказалась весьма полезной в плане активизации сотрудничества с социологами Финляндии. В октябре 1987 года в Хельсинки был организован советско-финский симпозиум по широкому кругу вопросов. С советской стороны на симпозиуме выступали с основными докладами: В.Н. Иванов, В.А. Мансуров, Ф.Р. Филиппов, Б.М. Левин. По итогам симпозиума был выпущен сборник научных докладов на русском и финском языках. Весьма интересными для участников симпозиума было посещение Хельсинского Университета, Высшей коммерческой школы, Академии наук.

Это была моя третья поездка в Финляндию. Первый раз я посетил Хельсинки в 1977 году по приглашению финского общества им. Э.А. Вестермарка, где мне довелось выступить с докладом. Затем в январе 1978 года в Хельсинки был проведен симпозиум в рамках Советско-финляндской комиссии по научно-техническому сотрудничеству. С Советской стороны на симпозиуме выступили с докладами: В.Н. Иванов и З.Т. Голенкова. По итогам симпозиума был издан на финском и русском языках сборник, в котором были помещены наши доклады

Наиболее информативной публикацией, отражающей советско-финляндское сотрудничество в области социологии была изданная 1988 году коллективная монография «Социология и социальная практика». В ней были представлены, в частности, материалы совместного сравнительно исследования «Изменения моделей семьи в СССР и Финляндии», явившегося частью проекта, осуществляемого в ряде европейских стран под эгидой Венского центра, результаты исследований в области социальной структуры общества (Ф.Р. Филиппов, Е.Д. Игитханян), сравнительного исследования «Образ страны-соседа» (В.А Мансуров, Б.З. Докторов, Е.И. Башкирова, организация советской науки и проблемы оценки научных исследований (В.А. Ядов, Д.Д. Райкова), развития социологии труда в СССР и Финляндии (Н.В. Андриенкова), исследование свободного времени в СССР и Финляндии (В.Д. Патрушев) Соавторами советских социологов по всем перечисленным проблемам выступали социологи Финляндии. В подготовки этой обстоятельной публикации большую роль сыграли с советской стороны д.ф..н. А.Д. Харчев, с Финской Е.П. Рус

3 Г.И. Марчук «Встречи и размышления» М, 1995, С. 103

 

Ответ В.Н. Иванова: Марксистско-ленинская социология выступает, с одной стороны, как наука теоретическая, в рамках которой обосновываются фундаментальные выводы, характеризующие положение и деятельность социальных общностей (классов, наций, социальных групп, коллективов), с другой – как наука прикладная, широко применяющая специфические приемы сбора и обработки социологической информации, имеющей большое значение для управленческой практики на разных уровнях. Эти два аспекта тесно взаимосвязаны. Повышение практической отдачи социологии предполагает своевременную разработку ее теоретических проблем. Недостаточное в прошлом внимание к этой стороне дела отрицательно сказалось на глубине анализа накопленных данных, что в свою очередь не могло не отразиться на качестве предлагаемых социологами практических рекомендаций. В частности речь идет о недостаточном внимании к разработке таких фундаментальных категорий, как социальная закономерность, социальный механизм, социальная дифференциация и интеграция, социальная эффективность в справедливость, социальное самочувствие, интересы, потребности и т.д. Удручающе мало внимания уделялось социальным аспектам межнациональных отношений, условиям воспроизводства негативных явлений, причинам социальных деформаций, проблемам личности и экологического поведения населения.

В последние два года заметно активизировалась работа по исследованию теоретических проблем социальной сферы. Это было связано в первую очередь с изменением приоритетов в общественном развитии, усилившейся социальной ориентацией народного хозяйства.

Институт подготовил трехтомный труд по данной проблематике. Первый том вышел в 1987 году, второй вышел в 1988, а третий выйдет в 1989 году. Изданы интересные работы по социальной структуре, образованию, демографии, пропаганде и контрпропаганде, истории в критике буржуазной социологии.

Приобрели известность в стране и за рубежом работы ученых института - И.В. Бестужева-Лады, Ю.Н. Давыдова, В.С. Коробейникова, Г.В. Осипова, Л.Л. Рыбаковского, Ф.Р. Филиппова и других. Неплохо заявила о себе научная молодежь, но ей явно не хватает внимания со стороны наших маститых ученых. (Отнюдь не все придерживаются изречения древних: учитель, воспитай ученика). Однако в целом разработка фундаментальных проблем велась явно недостаточно, что не могло не сказаться на выполнении институтов роли головной научной организации. В упомянутом Постановлении ЦК КПСС нам справедливо указано на это.

Вопрос корреспондента: Как Вы считаете, какие исследования процессов перестройки приобретает наибольшую важность в связи с необходимостью повысить роль социологии в управлении обществом?

Ответ В.Н. Иванова: Мы учитываем, что переживаемый страной нынешний этап перестройки становится все более сложным. К тем проблемам, которые были унаследованы от прошлого, добавляются новые, рожденные самой перестройкой, противоречиями, которые она вызвала к жизни.

Анализ реалий, формирующихся под воздействием изменений в социальной ситуации (прежде всего радикальной экономической реформы), позволяет сделать вывод о возможном росте социальной напряженности. В качестве факторов, детерминирующих этот возможный рост, можно назвать следующие: 1) Удорожание жизни. Оно особенно ощутимо для пенсионеров (число которых уже превысило 57 млн.) и малообеспеченных семей. К этому следует добавить и растущее беспокойство в связи с ожидаемой реформой цен и подорожанием продуктов питания, что неизбежно приведет к усилению инфляционных процессов. 2) Высвобождение рабочей силы в ходе рационализации производства на основе введения полного хозрасчета и самофинансирования. Оказавшиеся не у дел - это ведь не только управленцы, но и люди других профессий, в том числе и занятые вспомогательным, неквалифицированным трудом, а также те, чья квалификация (или даже специальность) оказывается не соответствующей требованиям научно-технического прогресса. 3) Усиление имущественной дифференциации. Это особенно видно по реакции общественного мнения на заработки «индивидуалов» и «кооператоров», которые в сравнении с установленными окладами на государственных предприятиях и учреждениях кажутся неоправданно высокими. 4) Актуализация национальной проблематики. В условиях растущей демократизации стали особенно очевидными долго копившиеся проблемы. Вместе с тем реакция на них не всегда и не во всем оказалась адекватной. Появились группы людей, выдвигающих требования, отнюдь не способствующие спокойному и деловому решению насущных вопросов. 5) Неверие определенной части населения в необратимость перестройки. Отсюда выжидательная, пассивная позиция, «торможение поневоле». 6) Определенное недовольство вызывает у части населения и дискуссий по проблемам исторического прошлого. Есть немало людей, которые испытывают растерянность перед необходимостью преодолеть стереотипы и догмы в понимании социализма, его истинных критериев и закономерностей. Социалистический плюрализм мнений ими воспринимается как идеологическая вседозволенность. Фактором социальной напряженности может стать любая общественно значимая, но долго не решаемая проблема. Поэтому особенно необходим своевременный анализ хода перестройки в различных сферах общественной практики, реального поведения различных групп населения, эволюции их интересов и настроений. Здесь социологи многое могут сделать и делают. Изучение социального самочувствия разных категорий занятого населения позволяет определить их отношение к перестройке на том или ином ее этапе, степень участия в ней, факторы, влияющие на рост инициативы и активности. Особое значение приобретает изучение действенности материальных и моральных стимулов, реализации принципа социальной справедливости, результативности мер по преодолению социального и политического отчуждения масс, успехов и просчетов в борьбе за оздоровление образа жизни и т.д.

Институт все больше внимания уделяет изучению общественного мнения. Эта работа приобретает особое значение в связи с процессами демократизации и принятыми ХIХ Всесоюзной партийной конференцией решениями. Исследования по многомандатной системе выборов в местные советы, проведенные по заданию Президиума Верховного Совета СССР, по вопросам развития гласности, отношению к принятым в последние годы законам получили положительную оценку и широко освещались в печати.

Хотелось бы особо подчеркнуть участие Института в исследовании проблем мира и ядерного разоружения, формирования нового политического мышления. В этой связи хорошо зарекомендовал себя специально созданный временный творческий коллектив, занимающийся реализацией исследовательского проекта «Международный барометр мира». Проведенные им исследования общественного мнения о советско-американских, советско-французских, советско-японских отношениях вызвали значительный интерес не только в нашей стране, но и за рубежом. Удачной формой их оперативного изучения явился телефонный опрос, успешно освоенный созданной с этой целью группой. К сожалению, работа эта пока еще не получила должного размаха. Недостаточно высок и уровень ее технического оснащения, финансового и кадрового обеспечения.

В целом следует отметить, что в изучении общественного мнения нужна большая, чем было до сих пор, специализация. Создание Всесоюзного центра изучения общественного мнения по социально-экономическим вопросам дает нам возможность сосредоточиться главным образом на изучении общественного мнения по социально-идеологическим проблемам. Как было подчеркнуто на февральском (1988 г.) Пленуме ЦК КПСС и в выступлении М.С. Горбачева в ЦК КП Узбекистана перед руководящими работниками республики, особо важное значение приобрели именно идеологические проблемы перестройки. Это обстоятельство предстоит более полно учесть во всей научно-исследовательской деятельности института и при изучении общественного мнения в том числе.

Значительных усилий требует исследовательская работа по заданиям МГК КПСС. Для проведения комплексного межотраслевого исследования по теме «Социальное обоснование стратегии градостроительного развития московской агломерации» Институт организовал работу межотраслевого научного коллектива, включившего экономистов, дизайнеров, психологов, философов, правоведов. В соответствии с решением исполкома Моссовета, учение института участвовали в проведении организационно-деятельностной игры по теме «Концепция социального развития Москвы». Сотрудники института изучают социально-демографическую ситуацию в Москве, проблемы молодой семьи и другие.

Вопрос корреспондента: С учетом накопленного коллективом Института опыта и новых задач, что, Вы считаете, должно быть сделано в первую очередь, как должна измениться внутренняя жизнь института?

Ответ В.Н. Иванова: Наша внутренний жизнь - это не что-то изолированное от общественной науки в целом, от других социологических центров. Все, чем живут сейчас академические научные коллективы, в известной мере коснулось и нас. Я думаю, что социологи особенно остро ощутили перемены, во-первых, потому что социологические исследования всегда ориентированы на потребности практики, во-вторых, потому что наша наука вышла из состояния полупризнания, появилась возможность сказать все, что хотелось, обнародовать то, что до сих пор лежало в «запасниках». В общем, как сказал поэт, «невозможное стало возможным».Вce это положительно отразилось на морально-психологическом климате в коллективе, вызвало у сотрудников желание сделать больше для науки, для страны, для перестройки.

Мы находимся сейчас на пороге больших испытаний. Постановление ЦК КПСС о повышении роли марксистско-ленинской социологии предъявляет к нам новые требования, ставит более ответственные задачи. Конечно, это связано не только с активизацией научной работы, но и с принятием дополнительных организационных мер. Изменено название Института. Идет его реорганизация. Сейчас особенно ощущается необходимость сосредоточить наши силы на главных направлениях, оптимизировать структуру института, омолодить состав научных работников, в том числе и руководителей.

В ближайшем будущем нам предстоит завершить работу по организационной перестройке Института, сделать более гибкой вподвижной его структуру, обеспечить необходимое сосредоточение научных сил на приоритетных направлениях исследований. Подобрать и правильно расставить сотрудников в соответствии с их знаниями, квалификацией, опытом, политическим и нравственными качествами, причем сделать это гласно, открыто и демократично - важнейшая задача для всего коллектива, его партийной, профсоюзной и комсомольской организаций.

Вопрос корреспондента: Как Вам видится обеспечение ведущей роли Института в условиях создания новых социологических центров?

Ответ В.Н. Иванова: Появление новых социологических центров и организаций не может не вызывать чувства удовлетворения, тем более, если они будут хорошо оснащены и укомплектованы профессионалами. Это только облегчит работу института и осуществление им координационной функции. Для головного исследовательского учреждения это особенно важно. Что касается нашего влияния на положение дел в социологической науке, это будет зависеть от решения многих назревших вопросов. Прежде всего от нашей издательской деятельности — качества и тиражей публикаций. Мы нередко сталкиваемся с ситуаций, когда даже профессиональные социологи не знают наших книг. Очень важно сплотить вокруг института исследовательские коллективы, заинтересованные в наших плановых работах и, в первую очередь, в реализации важнейших исследовательских проектов. Ведущая роль института будет во многом определяться тем, насколько нам удастся перейти от эпизодических локальных исследований к всесоюзным, и региональным, международным. Определенный опыт, связанный со всесоюзными исследованиями образа жизни, социальных показателей, у института есть. Полученные в этих исследованиях данные серьезно дополняют социальную статистику, дают возможность проводить сравнительный анализ, следить за динамикой происходящих изменений. Особо хотелось бы отметить крупномасштабное исследовании «Как идет перестройка?», организованное по типу мониторинга на основе всесоюзной промышленной выборки. Это и сегодняшний день перестройки, и ее история.

Остро стоят сегодня вопросы о повышении методической культуры наших исследователей, создании сети интервьюеров, банка методик, улучшении работы методического кабинета.

Важным направлением координационной деятельности института является его связь с заводскими социологами, его влияние на деятельность служб социального развития. В жизнь института прочно вошли такие формы работы с социологами-практиками, как их стажировка, учеба, периодически проводимые совещания, методическое консультирование. Однако в этой работе пока еще не хватает масштабности и систематичности. Нужно смелее наряду с конференциями, совещаниями и симпозиумами внедрять такую форму научной деятельности, как творческие дискуссии. Проведенная в мае прошлого года дискуссия по проблемам социальной справедливости привлекла к себе внимание и вызвала живейший интерес.

Для объединения социологов страны вокруг института многое может сделать наш пока единственный социологический журнал. В последнее время его материалы стали намного интереснее, актуальнее, острее. Поэтому в заключение я хотел бы пожелать журналу успехов в нашей общей и очень непростой «социологической работе».

 

На торжественном собрании Института, посвященном его юбилею я прочитал написанную по этому поводу поэму, встреченную присутствующими достаточно тепло (во всяком случае аплодисменты были).

 

В этом же месяце (ноябре) 1988 года состоялась моя поездка в США. Ей предшествовали некоторые любопытные события. Месяца за 3 до этого я был приглашен в отдел науки ЦК КПСС, где зав. сектором Д.П. Грибанов сообщил мне, что Раиса Максимовна Горбачева (супруга Генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачева) получила приглашение на юбилейное заседание американской Ассоциации по изучению семьи, но поехать по каким-то причинам не может и попросила, чтобы была направлена на юбилей в Филадельфию представительная делегация от страны. Я до этого ни разу не был в Штатах, хотя такого рода возможности были. Мы вели к этому времени с американскими социологами совместный социологический проект по изучению образа жизни людей в малых городах. Планировались и некоторые новые темы. И были соответствующие приглашения. В этой ситуации я решил возглавить делегацию. В ее состав вошли видные советские ученые-демографы, главным образом из нашего института. Поездка была чрезвычайно интересной и полезной во многих отношениях. Если пребывание в Филадельфии имело для нас главным образом познавательное значение, то поездка в Миннеаполис носила вполне деловой характер. Мы договорились о подготовке и совместном издании российско-американской монографии по проблемам семейных отношений, посетили центры социальной помощи и поддержки различных групп населения.

За время пребывания в штате Миннесота мы увидели много интересного и узнали много полезного. Наши исследователи семьи отметили, в частности, такие тенденции в жизни американской среднестатистической семьи, как перераспределение родительских обязанностей, смысл которого заключался в более активном участии мужчин в выполнении, казалось бы, сугубо женских обязанностей, таких как приготовление пищи, стирка, глажка, пеленание малыша и т. д.

Проведенные американскими коллегами опросы показали, что происходят серьезные изменения во взглядах мужчин на статус отцов в семье. Нас познакомили с результатами обследований 3,3 тыс. мужчин – служащих корпорации «Дюпон». Треть из них высказалась за введение сокращенного рабочего дня для отцов, имеющих малолетних детей. Почти половина – за предоставление им отпусков по уходу за больным ребенком, почти одна треть – за право работать меньше часов в день в течение определенного периода после рождения ребёнка и т. д.

В Миннеаполисе мы посетили Центр подготовки молодых отцов. Его руководитель Ричард Белл разрешил нам присутствовать на практических занятиях, и мы с интересом наблюдали, как будущие папы пеленали кукол, укачивали их и т. п. Ричард Белл с гордостью поведал нам, что за десять лет работы Центра обучение в нем прошли 2 тыс. молодых отцов. Услуги по обучению были платными. Но плата вполне умеренная по американским меркам. Курс был рассчитан на три недели. По окончании нашего визита в Миннеаполис нашу делегацию приняла вице-губернатор штата Миннесота Мерелин Джонсон. Я искренне поблагодарил ее от имени всей нашей делегации и пригласил в Москву (скорее, просто из вежливости, чем с каким-то замыслом). Но к моему удивлению, не прошло и трех месяцев, как мне позвонили из Управления внешних сношений АН СССР и сообщили, что в Москву прибыла М. Джонсон и готова встретиться со мной. Я не занимал уже достаточно высокого поста, чтобы принимать ее на работе, и я решил принять ее частным образом дома. К тому времени никаких разрешений на подобного рода встречи спрашивать уже было не надо, и я, узнав, где М. Джонсон остановилась, поехал, чтобы пригласить ее в гости. Она охотно согласилась, и в сопровождении зав. кафедры Миннесотского университета и еще одной сотрудницы мы вышли из гостиницы «Националь» и направились к машине, на которой я приехал. И здесь не обошлось без конфуза. За рулем сидел мой старый боевой товарищ Анатолий Котов, который не только хорошо знал английский язык, но и проработал несколько лет в Посольстве СССР в США. Я познакомил его с гостями. Он включил зажигание и… мотор не заработал. Машина стояла как вкопанная. Ситуация трагикомичная. Я выскочил из автомобиля, судорожно соображая, что делать дальше. И, к моему счастью обнаружил, что сзади нас стояла «Волга» и за рулем сидел похожий на грузина водитель. Я подошёл к нему и попросил подтолкнуть нас, что он и сделал с помощью своей «Волги». Мы были спасены. По дороге к себе домой я рассказал гостям, что нечто подобное случилось с нами в Миннеаполисе, когда автомобиль сопровождавшего нас журналиста заглох. По причине, что кончилось горючее. Журналист объяснил нам, что утром взял автомобиль своей невесты как более вместительный и не посмотрел, сколько в баке бензина. Мы тогда (я и профессор А. И. Антонов) вынуждены были толкать автомобиль до ближайшей заправки, которая, к счастью, оказалась недалеко, и к тому же было воскресенье и движение было незначительным.

Дома нас ждало застолье. Жена постаралась удивить наших гостей русской кухней, что ей, судя по отзывам гостей, удалось. Возвращались в приподнятом настроении. На память о наше встрече у меня остался не то мини-коврик, не то салфетка с индейским орнаментом ручной работы и, конечно, фотографии.

Говоря о поездках в Филадельфию и Миннеаполис, не могу не отметить той роли, которую сыграла в организации этой поездки неправительственная организация «Коннект/США – СССР» и ее фактические руководители (и создатели) Сьюзан Хартман и Пола Декос. Знакомство с этими энергичными и дружелюбными женщинами никого не оставило равнодушными. С самого начала нашего пребывания в Миннеаполисе они окружили нас заботой и вниманием. Всего неделю мы жили в доме Сьюзан Хартман и пользовались ее гостеприимством. Благодаря ей нам удалось познакомиться с интересными людьми, побывать в университете, выступить там перед коллегами, познакомиться с замыслом и реализацией ряда социальных программ: оказание помощи семье, реабилитация алкоголиков, помощь детям из неблагополучных семей и др.

Приятной для всей делегации неожиданностью явилось принятие нас в почетные граждане Миннеаполиса. Этот диплом висит в моем кабинете до сих пор.

В один из вечеров в доме Сьюзан я познакомился с очень обаятельным человеком – пастором Расселом Ф. Джонсом. Мы переписывались с ним некоторое время. Он, будучи в Москве, бывал у меня дома. Но впоследствии, как это часто бывает, наши контакты сошли на нет, но добрые чувства к нему и воспоминания остались.

В марте 1990 года состоялась моя вторая поездка в ФРГ в рамках сотрудничества с Фондом им. Ф. Эберта. В первую поездку (в декабре 1986 года) я возглавлял делегацию, будучи директором института. Во вторую – делегацию возглавлял В. А. Ядов, новый директор Института социологии. Тема семинара, участвовать в котором мы были приглашены, была посвящена проблемам «индустриальной демократии».

Помимо сугубо научной стороны для меня была интересна поездка и с чисто психологической точки зрения. Как сложатся мои отношения с новым директором и с немецкими коллегами в новом моем качестве? Но опасения мои были напрасны. Все сложилось вполне удачно. В.А. Ядов оказался весьма общительным человеком. Держался просто и демократично. Атмосфера в делегации (а в нее входили не только ученые из нашего института) сложилась деловая и благожелательная. На всех произвела большое впечатление поездка в Кельн, посещение знаменитого Кельнского собора, картинной галереи, музея и т. д. Были достигнуты многообещающие договоренности с немецкими коллегами. Все организаторские заботы, как и прежде, лежали на Вернере Фрике, руководителе отдела Фонда, и, как и ранее, он с ними блестяще справился. В этом ему активно помогала его жена Эльза. К тому времени в ФРГ вышла книга «Deuntsche MitbeschtimungrussischePerestrоika» под редакцией Вернера Фрике и моей. Появление этой книги стало заметным событием в нашем сотрудничестве.

В августе 1990 года мне довелось принять участие в работе XII Всемирного социологического конгресса в Мадриде. Это был первый в моей жизни крупный международный социологический форум, в котором я принимал участие как рядовой член делегации, т.е. отвечал за самого себя и использовал свое свободное время по собственному желанию. Удалось посетить заседания ряда исследовательских комитетов, познакомиться со многими социологами из ряда стран и уделить больше, чем когда бы то ни было, времени ознакомлению с достопримечательностями испанской столицы, побывать в Музее Прадо, Королевском дворце. Кстати, на конгрессе с приветственным словом выступил король Испании Хуан Карлос, сумевший произвести хорошее впечатление на участников конгресса. По вечерам, когда спадала жара, мы долго гуляли по улицам Мадрида. Вспоминается забавный случай. Где-то почти в центре на нашем пути внезапно возник молодой человек, говоривший по-английски. Поприветствовав нас, он радушно пригласил посетить находящееся радом злачное заведение. Мы поблагодарили за гостеприимство и сказали, что у нас нет денег. На что последовал ответ: «Занесете завтра». Мы хорошо посмеялись в этот вечер.

В предпоследний день конгресса удалось посетить под Мадридом Долину павших, где в самой большой в мире усыпальнице захоронены тысячи погибших республиканцев и их врагов, участников гражданской войны в Испании. Там же находится и могила генерала Франко. Это место национального примирения стало местом паломничества. Сюда приходят туристы, приходят новобрачные. Посещение Долины павших вызвало серьезные раздумья о смысле человеческого бытия, о счастье, о способах борьбы за него, о разумности и необходимости человеческих жертв.

Нельзя было не заметить, что среди участников мадридского конгресса было очень мало ученых из бывших социалистических стран, занимавших в семидесятые и восьмидесятые годы руководящие посты в научных учреждениях. Среди ученых из Чехословакии был только один знакомый чех, который рассказал, что новая демократическая власть и в Чехии, и в Словакии заменила полностью прежних руководителей. В общем, «бархатные революции», как и «небархатные», приводят к управлению новых людей. Столь же решительно и энергично.

В целом впечатление от конгресса осталось положительным. Удалось и выступить самому, и послушать других. Вместе с Е. М. Бабосовым (директор Института социологии Национальной академии наук Беларуси) мы посетили ряд семинаров и рабочих групп. Это был второй конгресс, на котором мы оказались вместе (жили в одном номере); первый был в Упсала (Швеция) в 1978 году. Время пролетело быстро, и изменения были серьезные. Это был последний Всемирный социологический конгресс, на котором мы представляли науку Советского Союза и социологи всех союзных республик входили в одну советскую делегацию. Впереди был 1991 год – год катастрофических событий.

Последний Всемирный социологический конгресс, в работе которого мне довелось участвовать, состоялся в августе 1994 года в Германии в Билефельде. Из всех конгрессов, на которых я побывал начиная с 1978 года, этот показался в научном плане самым неинтересным. Какое-то мельтешение тем и лиц. К тому же впервые за всю историю социологических конгрессов никто из отечественных социологов не попал в руководство МСА. Правда, было несколько интересных неформальных встреч с немецкими коллегами.

Запомнились очень теплые, дружеские беседы с коллегами по институту А.В. Дмитриевым и А.Т. Хлопьевым. Оба как-то по-особому раскрылись для меня. Я считал, что, проработав с ними немало лет, я хорошо знал обоих. Но оказалось, что это не так. О многом я, конечно, не знал. И позже, вспоминая конгресс, я вспоминал наши прогулки по окраине Билефельда, где мы жили в каком-то оздоровительном медицинском учреждении, освобожденном для российской делегации накануне конгресса.

Когда через четыре года появилась возможность участвовать в очередном социологическом конгрессе в Канаде, не знаю почему, – мне не захотелось ее реализовать. То же повторилось и в 2002 году, когда можно было побывать на конгрессе в Австралии. Думаю, все это от усталости, как ни печально себе в этом признаваться.

В июне 1990 – начале 91 года активно обсуждался вопрос о создании социологической службы (специального социологического Центра) при Президенте СССР. И в руководстве КПСС, и тем более в научной среде росло понимание необходимости своевременной научно обоснованной информации о социальном состоянии общества. В марте 1991 года в здании на Старой площади было проведено по этому вопросу совещание. Руководил им зав. отделом аппарата Президента СССР Милютин. На совещание были приглашены: М.К. Горшков, В.И. Добреньков, А.Г. Здравомыслов, В.Н. Иванов, Ж.Т. Тощенко, Г.В. Осипов, В.А. Ядов. В работе совещания принимал участие также В.А. Никонов (из Аппарата Президента СССР).

Во вступительном слове Милютин прямо сказал, что нужна система оказания непосредственной помощи Президенту и что действующая сегодня структура социологических учреждений не удовлетворяет Президента прежде всего потому, что социология быстро политизируется. Нужна такая социологическая служба при Президенте, которая вооружила бы его объективной информацией, на основе которой можно было бы оперативно принимать решения по текущим актуальным вопросам. Для начала предлагалось создать социологическую группу в отделе социально-экономического анализа (и даже назвали ее численность – 5 человек). Это – аппаратная группа, ей будет подчинена группа социологов-профессионалов численностью в 40 человек. Плюс на нее будет работать региональная сеть анкетеров. Служба эта будет технически оснащена и получит возможность делать необходимые заказы другим социологическим центрам.

После его выступления началась дискуссия, в ходе которой участники совещания высказали свое видение этой проблемы. Единства достигнуть не удалось. Мнения участников совещания разделились. Я выступил против этой идеи, сказав, что необходимую объективную социальную информацию Президент может получить или от уже действующих академических структур, укрепив их соответствующим образом, или, если создавать новый центр, то только в системе Академии наук. Любая другая ведомственная структура, в том числе президентская, не сумеет обеспечить необходимый уровень объективности.

Наше участие, участие руководства вновь созданного Института социально-политических исследований РАН в обсуждении вопроса о создании социологической службы при Президенте СССР завершилось направлением в адрес М.С. Горбачева записки с предложением создать в структуре института Аналитический центр социальной информации с всесоюзной опросной сетью. В записке содержались конкретные предложения и определялась последовательность мер по его созданию, говорилось также об обязанностях, которые брал на себя при этом институт. Записка, подписанная директором ИСПИ РАН Г.В. Осиповым, была направлена в администрацию президента, но ответа мы так и не получили.

1991 год – это год рождения Института социально-политических исследований РАН. Об истории его создания подробно рассказано в книге «Социология и власть» (Авторы Г.В. Осипов и Л.Н. Москвичев). В частности в ней речь идет о двух исследовательских концепциях (программах): возглавляемых новым директором института социологии А.В. Ядовым и заведующим отделом этого института Г.В. Осиповым. «Новый ученый совет института социологии АН СССР, – отмечает Г.В. Осипов, - преследуя групповые интересы, создал условия, невозможные для нормального существования двух программ в рамках единого института. Назревала конфликтная ситуация

Только благодаря решению руководства Академии наук СССР, главным образом ее президента Г. Марчука, конфликтная ситуация была наконец разрешена. Коллектив руководимой Г. Осиповым научной программы «Социальное развитие советского общества: показатели и тенденции» первоначально выделяется в самостоятельное Отделение, а затем на его основе решением президиума АН СССР от 26 марта 1991 г. создается Институт социально-политических исследований АН СССР (ИСПИ АН СССР, а затем ИСПИ РАН). Таким образом произошло создание двух социологических академических институтов, представляющих два направления различных по характеру и содержанию видения российской реальности, две школы в социологии. Это было, на наш взгляд важное демократическое решение в области науки. Вместо силового подавления – две различные социальные концепции, два различных видения социального мира получили права гражданства. Таков исторический процесс институализации социологии и создания института социально-политических исследований РАН.»1

О своём появлении на научном небосклоне Институт заявил быстро и громко. Прошло менее года со времени его создания, как доклад директора Института был поставлен на Президиуме РАН. Доклад академика РАН Г.В. Осипова был построен на результатах широкомасштабных мониторинговых исследований, проводимых Институтом по представительной выборке. Он отличался доказательностью и эмпирической обоснованностью выводов, главный из которых состоял в том, что проводимый курс реформ – бесперспективен, что нужны радикальные изменения, иначе страну ожидают катастрофические потрясения. На заседание Президиума (кроме Президента и членов Президиума) были приглашены и социологи из Института социологии, в том числе и директор института профессор В.А. Ядов. Последний всем своим видом, репликами и вопросами демонстрировал своё неприятие доклада и несогласие с докладчиком. Оценки выступавших разделились. Но в целом доклад был оценён как смелый и объективный. Однако на этом дело не закончилось.

Через некоторое время в «Известиях» появилась статья профессора В.А. Ядова, представившая академика Г.В. Осипова как «катастрофиста» и идеолога национал-социализма. Г.В. Осипов подал на В.А. Ядова в суд, которому не суждено было состояться совсем по другим причинам.

Первый коллективный труд Института социально-политических исследований РАН под названием «Реформы: мифы и реальность» вышел в свет в 1993 году и положил начало серии трудов, составивших некую научную целостность, получившую в последующем название «Летопись реформ». Костяк нового Института составили талантливые ученые, как ветераны, так и молодые. В их числе доктора наук : И.Я. Богданов, Ю.А. Зубок, А.С. Капто, Е.А.Кублицкая, В.К.Левашов, В.В.Локосов, В.В.Мартыненко, М.М.Назаров, И.Б.Орлова, С.В.Рязанцев, Л.Л.Рыбаковский, Ю.Ю. Синелина, Е.А. Сосунова, В.И.Староверов, В.И.Чупров.

1991 год был объявлен ЮНЕСКО годом памяти Елены Петровны Блаватской. Как бы нынешняя читающая публика ни относилась к ее творчеству, принимала или не принимала его, но нельзя не признать, что это была очень одаренная, неординарная натура. Ее теософское учение и сегодня имеет немало приверженцев, а ее доктрина «корневых рас» вызывает споры и по сей день.

В марте 1991 года я получил приглашение от Оргкомитета Международного форума «За духовное единение человечества (Дни памяти Е.П. Блаватской)» сделать доклад по проблеме социологического изучения этнического сознания и возглавить работу одной из секций. Предложение показалось мне интересным, и я дал согласие. В апреле 1991 года этот форум состоялся в г. Сочи. Его непосредственными организаторами явились международный Центр нетрадиционной и народной медицины «Кавказ», Сочинский городской Совет народных депутатов, Сочинский научно-исследовательский центр АН СССР, Российское теософское общество, Философское общество СССР, Академия медицинских наук, религиозные организации.

Форум получился весьма представительным. На его открытии выступили депутаты Верховного Совета СССР Е.А. Гаер, Н.Н. Медведев, летчик-космонавт СССР В. Севастьянов, председатель правления Экофонда СССР Э.В. Гирусов, религиозные деятели, ученые-медики. Наибольший интерес вызвал доклад на тему: «Блаватская и Рерихи о назначении России». На форуме явно ощущалось, что представители традиционно-материалистического мировоззрения пребывают в некоторой растерянности, в то время как представители эзотерического знания чувствовали себя весьма вольготно. Участники форума приняли решение об образовании Всесоюзного теософского общества, об учреждении Международного координационного совета и Ассоциации «За духовное единение человечества». Лейтмотив многих докладов состоял в обосновании тезиса, что Вселенная есть живое, разумное существо, что духовная разобщенность людей – это аномалия, что необходимо единство людей с планетой, единство со Вселенной, иначе гибель будет неизбежной. Раздавались призывы перестроить мышление, отказаться от признания первичности материи, признать наличие высшего космического разума.

Мы с Ю.М. Бирюковым (старшим научным сотрудником Института, кандидатом юридических наук) регулярно посещали все пленарные заседания, и нужно признаться, что нередко чувствовали себя «белыми воронами». Но постепенно втянулись, освоились и кое-что научились понимать. В процессе работы конференции было много интересных бесед с ее участниками, на которых затрагивались вопросы религии, происхождения Вселенной, влияние космоса на нашу повседневную жизнь.

Вспоминается один любопытный эпизод. На одном из заседаний нашей секции присутствовала представительница какой-то оккультной науки. Когда я рассказывал о наших достижениях в изучении массового сознания, она вдруг спросила меня, учитываем ли мы в своей методике влияние космоса на сознание людей. Мне пришлось признать, что в нашей методике этот фактор не учитывается. Тогда последовало весьма энергичное утверждение, что такая методика несовершенна и получаемые на ее основе данные недостоверны.

После форума осталось ощущение «мировоззренческого плюрализма», каких-то иных подходов к реальности, нового соотношения веры и знания. Конечно, в чем-то серьезно убедить и что-то серьезно изменить в моем мировосприятии идеи форума не могли, но определенный интерес вызвали.

Конец 80-х – начало 90-х годов характеризовался активизацией националистических проявлений в стране, что не могло не вызвать беспокойства во властных структурах и в научной среде.

Характерно в этой связи выступление на Пятой сессии Верховного Совета СССР по проблемам преодоления межнациональных конфликтов заместителя Председателя Комитета Верховного Совета СССР по науке С.М. Рябченко, отметившего, в частности, что «практика последних лет показывает: межнациональная рознь в Нагорном Карабахе, в Южной Осетии и в других регионах нашей страны не получает достойного отпора… Считаю, что нам мало заслушать здесь перечень тех или иных событий, разбираться, кто и что конкретно сделал сегодня либо вчера. Нам необходимо заслушать вопрос о подходах и методах решения национальных конфликтов, констатируя то, что используемые в нашей стране до сих пор как на союзном, так и на республиканских уровнях методы решения конфликтов оказались неплодотворными. Мне кажется, что если мы не разработаем концептуального подхода в решении подобных конфликтов, то они будут множиться».2

На сессии было поручено Совету национальностей приступить к разработке общей концепции механизма преодоления межнациональных конфликтов.

По просьбе председателя Совета национальностей Р.Г. Абдулатипова и председателя Комиссии по национальной политике и межнациональным отношениям Г.С. Таразевича руководимый мною центр изучения социально-политических процессов Института социологии подключился к этой работе. Ее первые результаты я доложил на заседании Комиссии Совета национальностей Верховного Совета СССР по национальной политике и межнациональным отношениям.

Мой доклад был оценен как фрагменты будущей концепции механизма преодоления межнациональных конфликтов. В этом же ключе выступил д.ю.н., профессор В.П. Казимирчук (Институт государства и права АН СССР).

После наших докладов состоялся обмен мнениями, в котором приняли участие член-корр. АН СССР А.В. Брушлинский, д.и.н. Л.М. Дробижева, д.ф.н. М.В. Иордан, д.ю.н. Ю.А. Тихомиров, д.и.н. В.А.Тишков и другие. Подводя итог заседания, председатель Комиссии по национальной политике и межнациональным отношениям Г.С. Таразевич отметил полезность этой встречи и необходимость продолжить работу в этом направлении и опубликовать материалы данного обсуждения, что и было сделано весьма оперативно Советом Национальностей Верховного Совета РСФСР. В редколлегию сборника вошли : Р.Г. Абдулатипов, В.Н. Иванов, И.В.Ладодо, А.П.Котов, Ю.Б.Востриков. Полностью в сборник вошли доклады Р.И.Хасбулатова, В.Н.Иванова, В.Н.Нишанова, Л.М.Дробижевой, Э.Н.Ожиганова, Р.Г. Абдулатипова.

Проделанная в этом ключе работа явилась, по существу, своеобразным стартом. Полученные нами в ходе исследований данные, сослужили хорошую службу в последующем, в частности в подготовке Всесоюзной научно-практической конференции и совещания, оформившего создание общественно-политического движения «Сотворчество народов во имя жизни» (Сенежского форума) и в последующем в работе над концепцией государственной национальной политики.

Вот как пишет об этом один из создателей этого движения А.П. Котов: «Осень 1991 года. По инициативе Совета национальностей Верховного Совета Российской Федерации и лично его председателя Рамазана Абдулатипова в подмосковном пансионате «Сенеж» прошло совещание представителей национальных общин и религиозных конфессий, а также администраций республик, краев, областей и районов России. В «Сенеже» собрались около трехсот человек. При этом была представлена практически вся Россия: примерно 90 национальностей Российской Федерации. Были там и представители других тогдашних республик Советского Союза.

На это совещание были приглашены Председатель Верховного Совета Российской Федерации Руслан Хасбулатов и Председатель Совета национальностей Верховного Совета СССР Рафик Нишанов.

Как раз в то время в Завидове шло обсуждение проблемы Союзного договора и на Сенежском совещании много говорили на эту тему.

Сам факт созыва этого совещания был очень значимым, и все присутствующие это понимали. Поэтому по инициативе некоторых участников конференции было принято решение создать некую организацию. Это не было заранее заготовленным решением, у предполагаемой структуры даже названия не было. Это был как бы экспромт – вполне в стиле Рамазана Абдулатипова. Именно он высказал такую идею в своём выступлении. Он предложил создать общероссийское движение, целью которого было бы способствовать национальному возрождению, «национальному сотворчеству» народов России. Поэтому и было предложено назвать эту организацию «Сотворчество народов во имя жизни».

Однако «Сотворчество народов во имя жизни» – это слишком длинное название. Кому-то пришла в голову идея назвать организацию просто – «Сенежский форум». Проголосовали. При этом ни на кого не накладывалось никаких обязательств, никаких постов не распределялось. Финансы тоже не делили, потому как их попросту не было. Может быть, поэтому все голосовали единодушно: создать всероссийское движение «Сотворчество народов во имя жизни» (Сенежский форум)». Основные задачи движения были изложены в Декларации, опубликованной на другой день в печати.

Декларация

движения «Сотворчество народов во имя жизни «Сенежский форум».

Мы, представители российской общественности: народные депутаты РСФСР, местных Советов, ученые: социологи, политологи, юристы, философы, историки, этнологи, представители творческой интеллигенции, общественных движений, организаций и партий, учитывая сложность современной обстановки национальных отношений в Российской Федерации, растущую напряженность и угрозу расширения межнациональных конфликтов, необходимость активизации поиска путей достижения гражданского согласия и укрепления сотрудничества народов,заявляем о создании общественного движения « Сотворчество народов во имя жизни «Сенежский форум» и принимаем настоящую Декларацию как основу нашей деятельности, руководствуясь при этом следующими принципами: равноправие всех народов и граждан различных национальностей; приверженность идеям демократии и национального возрождения; уважение исторических традиций, национальных ценностей, взаимного обогащения национальных культур; стабилизация и гармонизация межнациональных отношений на основе строгого соблюдения законности; научная обоснованность политических и государственно - правовых решений в сфере национальных отношений; привлечение внимания широкой общественности к состоянию, поиску путей решения национальных проблем.

Я был избран заместителем Председателя Координационного совета движения и в течение ряда лет работал в этом качестве.

В статье для журнала «Актуальная политика» я писал: «…С уверенностью можно сказать, что найдена удачная форма объединения усилий учёных, политических деятелей, народных депутатов, представителей общественности в решении проблем гармонизации межнациональных отношений».3В статье содержался также вывод о том, что ситуация многофакторной неустойчивости, в которой оказалась страна, обусловлена прежде всего проводимой «верхами» политикой.

События второй половины 80-х годов и начала 90-х годов показали высокую точность оценок состояния и тенденций развития межнациональных отношений в стране и правильность прогноза о неизбежности их обострений и большой вероятности конфликтов, сделанных научными сотрудниками закрытого отдела ИСИ АН СССР. Но у горбачевского руководства были свои взгляды на происходящее и свои планы. Очевидно не случайно был ликвидирован и закрытый отдел в структуре ИСИ АН СССР.

1991 год – это еще и год путча, о котором за эти годы написано много. «Официальное» его начало – 19 августа 1991 года. Я замещал в это время директора института, который был в отпуске. В помещении института на Поварской была охрана, мой секретарь и кто-то еще из технических работников. Узнав о существовании ГКЧП и его первых постановлениях, я поехал в основное здание института на Ленинский проспект 32-А. Там на месте были главбух, референт директора, зав. канцелярией. Я зашел в бухгалтерию, и мы с бухгалтером (больше в шутку, чем всерьез) стали подсчитывать шансы удержаться новым «калифам». Не знаю почему, но у меня не было какой-то настоящей тревоги в связи с происходящим. Жизнь в Москве, если не считать того, что появились танки, продолжалась в прежнем ритме. Не было ощущения какой-то катастрофы или угрозы катастрофы. 21 августа наступила развязка. Мне рассказывали, что появились какие-то инициативные комиссии, которые занимались исследованием поведения руководителей учреждений и предприятий в дни т. н. путча. Но ко мне ни с какими вопросами никто не обращался.

Понимая некоторую некорректность сравнения этих двух исторических событий – Октябрьской революции 1917 года и августовского путча 1991 года, – я все же нахожу некоторые общие черты и внешнесобытийного свойства и с точки зрения их исторических последствий. Августовский путч не изменил внешнее течение жизни москвичей. Люди интуитивно чувствовали его некую недостаточную политическую «весомость», хотя отношение к нему было явно неоднозначным. Было немалое количество людей (возможно, даже большинство, но большинство пассивное, как это и положено быть большинству), ему явно симпатизировавшее. Были и его сторонники, были и неопределившиеся, выжидавшие.

В октябре 1917 года, на другой день после падения Временного правительства, каких бы то ни было внешних проявлений политической активности масс тоже не было. Вот как это описывает, например, Антон Антонов-Овсеенко, ссылаясь на свидетельства очевидцев и участников тех событий, на имеющиеся документы: «В действительности в городе продолжалась привычная жизнь: публика прогуливалась, как обычно, по Невскому, киносеансы и спектакли в театрах никто не отменял, работали фабрики и заводы, продолжались занятия во всех заведениях... И в ночь переворота город спал спокойно, утро 26 октября было мирным».4

Утро 20 августа было тоже таким же мирным. Но если революционные события октября 1917 года привели к повсеместному установления советской власти, то августовские события 1991 года положили начало её повсеместного падения.

Сегодня многим хочется ответить на вопрос: почему мы проиграли «холодную войну»? 20 лет спустя я написал и опубликовал стихотворение

к 20-летию ГКЧП

Они не шли за власть сражаться,

Они держали власть в руках,

ГКЧП- попытка удержаться,

ГКЧП-перед грядущим страх.

Преодолеть ошибок груз,

Найти для новой жизни цели

И все-таки спасти Союз

Гэкачеписты не сумели,

С минувшим сохраняя нить,

Пред новым знаньем не робея,

Потомки может быть сумеют

Их неудачу объяснить 5

Мы видели, что по целому ряду позиций наш идеологический противник нас переигрывает. Он был сильнее не в пресловутых правах человека и даже не в проповеди плюрализма в политике и в идеологии. Он был сильнее в «социологической пропаганде». Я вспоминаю выставку в Сокольниках к 200-летию Америки. На ней был представлен только один в реальную величину экспонат – «средний американский автомобиль». Его можно было «пощупать». Он был не очень дорогим, но он, что называется, «впечатлял». И всякого рода разговоры о «загнивании капитализма» вызывали в лучшем случае усмешку. Росли контакты с западным миром, множилась информация о нем, становилось всё более очевидной однобокость, заданность нашей пропаганды. Победить в «холодной войне» или хотя бы избежать поражения нельзя было только на основе теоретических постулатов и контрпропаганды. Нужны были реформы в экономической и политической сферах. Нужна была модернизация системы, но ее не было. Социально-политическая «косметика» не решала проблемы. Жесткий идеологический диктат, отсутствие выборов, по сути, невнимание к «потребительской корзине» (отсюда хронический дефицит), жесткое планирование и недопущение экономической инициативы, формализм во всем, господство фразы, ставка на стабильность в ущерб развитию, фарисейство – это и многое другое обрекало нас на поражение.

Тезис Ю.В. Андропова о том, что мы плохо знаем общество, в котором живем, предполагал необходимость знания его недостатков, проблем и противоречий. Но партийная элита в Центре и на местах боялась перемен, ослабляющих ее всевластие и делавших возможным политический выбор (даже в небольших масштабах). Так бесконечно продолжаться не могло. И система развалилась под грузом нерешенных проблем, под давлением извне и в силу политического банкротства элиты. Это было поистине всемирно-историческое поражение социалистической системы в стране, которая была пионером социалистического строительства. Но, потерпев поражение в деле социалистического строительства, Россия не перестала быть полем для экспериментов.

Наши просчеты и ошибки все активнее использовали западные спецслужбы. В интересной книге В. Широнина «КГБ – ЦРУ. Секретные пружины перестройки» в частности содержится такой вывод: «Сегодня, когда накопилось достаточно документальных материалов об иностранном влиянии на ход внутрироссийских дел, можно смело утверждать, что нестабильность, в том числе и социально-экономическая, во многом является следствием разработанной в США и претворяемой в жизнь так называемой «Доктрины освобождения» и других аналогичных программ и стратегических концепций, названия которых говорят сами за себя. Это и «Соперничество», и «Технологическая политика», и «Информационная война». Такого рода программы и концепции подкрепляются специальными директивами Совета национальной безопасности США, а также установками Белого дома и Госдепартамента.

А основным исполнителем и координатором всех названных и неназванных доктрин и программ, направленных против России и возведенных в США в ранг государственной политики, всегда являлось Центральное разведывательное управление ЦРУ США».6

Нейтрализовать эту хорошо организованную подрывную деятельность против СССР нам не удалось, но противостояние в экономике, политике, духовной сфере продолжается и ныне. Хорошо бы сделать нужные выводы и учесть прошлый опыт. Складывается впечатление, что до сих пор это в должной мере не сделано.

Ситуация нашего поражения в «холодной войне» напоминает ситуацию весны 1917 года, о которой профессор В.И. Гриневецкий писал в этом же году: «В мировой войне, где ещё нет полных победителей, есть уже побежденные. В их числе – Россия. Мы побеждены, однако не силой оружия, не мощью врага, а собственной политической незрелостью и духовной слабостью».7 Именно эти причины были в обойме факторов, обусловивших наше поражение.

Политическая незрелость членов КПСС (в первую очередь) позволила возглавить партию Горбачеву и Кº, их же «духовная слабость» не позволила устоять под напором политической демагогии сторонников «нового мышления» внутри страны и за её пределами.

Сегодня очевидно, что М.С. Горбачев все годы своего нахождения у власти занимал по всем важнейшим вопросам внутренней и международной жизни капитулянтскую позицию. Её логическим завершением был уход с поста Президента СССР.

Все последующие годы он продолжал и продолжает прилагать всевозможные усилия для собственной реабилитации и обвиняет во всех грехах прежде всего Б.Н. Ельцина. О реформах, возглавляемых последним, он сказал так: «Реформы Ельцина – это полное фиаско. Дело тут в самой концепции, которая игнорировала реальность, которая отдавала большевизмом, но с другим знаком. Навязали и проталкивали чуждую России модель».8

О самом Б. Н. Ельцине сказано еще жестче: «Лишь после расстрела Белого дома все увидели, что представляет собой новая власть, что за Ельцин, который неспособен вести реформы, а может только растоптать впервые в истории свободно избранный парламент. Для него ничего не значит человеческая жизнь, если для этого надо свести счеты со своими оппонентами».9

Для характеристики своего правления и своих деяний Горбачев не находит соответствующих определений. Он мягок и обтекаем, он рядится в тогу непонятого и неоцененного реформатора.

Хотя история не знает сослагательного наклонения, но, тем не менее, нередко возникает вопрос: возможно ли было избежать развала СССР? Сегодня однозначно можно ответить на него отрицательно. Невозможно, прежде всего потому, что во главе партии и государства оказались такие люди, как Горбачев и его приспешники. В силу своих человеческих качеств они не способны были найти адекватные запросам времени ответы и взялись решать задачи, которые были для них не по плечу, и потому оказались несостоятельными как люди и как политики. Бросается в глаза, что жизнь ничему этих людей не научила. В беседе с Горбачевым политолог Борис Славин задал ему вопрос: «Михаил Сергеевич, не за горами 2003 год. Что будет делать ваша партия на будущих парламентских выборах?»

М. Горбачев: «Будем участвовать в этих выборах. Надо к ним готовиться уже сегодня. Будем наращивать свой политический потенциал, участвовать в местных выборах, выдвигать своих кандидатов на посты мэров городов, губернаторов и т. д.».10

Комментарии, как говорят в таких случаях, излишни.

В годы правления Б. Ельцина сформировался новый правящий класс: «амальгама» самых различных и прежде несовместимых социальных групп – бывшая номенклатура, «теневики», верхушка национальных общин, регионов плюс криминально-бандитские «авторитеты». В российской истории не было еще такого правящего класса, столь безответственного перед страной и не обладающего потому моральной легитимностью. Это класс, создавший свои богатства за счет растаскивания госсобственности, класс, решающий свои внутренние проблемы с помощью киллеров, телекиллеров, класс, ничего не построивший в стране, кроме банковских офисов и загородных вилл, да еще – по своему образу и подобию – коррумпированное государство».11

Главная ответственность Горбачева и его команды в том, что они открыли этой беспрецедентной «амальгаме» дорогу к власти, дали возможность объединиться и сплотиться в ущерб интересам страны, громадного большинства ее населения.

Боязнь правды и угодничество отнюдь не единственное «качество» партийного руководства тех лет. Знавший хорошо ситуацию внутрипартийной работы в ЦК КПСС (бывший консультант, заведующий сектором журналов, руководитель группы консультантов, заместитель заведующего отделом) Н.Б. Биккенин отмечал еще и наличие так называемых «неприкасаемых», то есть находящихся вне зоны партийной критики. «Неприкасаемыми» у нас ( и в нашем смысле слова), в отличие от Индии, были не только «касты», определенные группы людей, но и целые регионы. «Неприкасаем» был Узбекистан, нельзя было «обижать» Молдавию, Днепропетровск, Казахстан. «Неприкасаемыми» для критики были все места, где ступала нога Леонида Ильича. «неприкасаемой» была группа секретарей, особо приближенных к Брежневу, его «пожарная команда» на пленумах12. Не менее интересна в этой связи точка зрения другого видного партийного функционера, также, как и Н.Б. Биккенин член-корр. РАН, Шахназарова Г.Х. Характеризуя партийно-политическую систему, утвердившуюся в СССР, он в частности отметил: «Сталин держал Политбюро в ежовых рукавицах, но заставлял его работать. Брежнев вывел этот орган из строя своей добротой и покладистостью. Выдав каждому члену Политбюро вексель на пожизненное участие во власти, он превратил его в собрание старцев, не способных откликаться на новые веяния, тративших добрую треть рабочего времени на излечение различных хворей. Средний возраст членов высшего партийного синклита перевалил при нем за 73 года. У нас была не просто идеократия, а геронтологическая идеократия».13

Анализируя наше недавнее прошлое, пытаясь понять причины и смысл происшедшей трагедии, нельзя обойти внимание такие категории, как социальная эррозия и социальное перерождение. Как и почему они происходят, в казалось бы здоровом, развивающемся обществе, обществе, ставящим перед собой высокие цели? Социологам еще предстоит дать на эти вопросы более обстоятельные, чем было до сих пор, ответы.

В октябре 1991 года мне и д.с.н. И.А. Сосуновой пришло приглашение принять участие в научной конференции, посвященной 50-летию Швейцарской социологической ассоциации в Ньюшателе, где предстояло сделать доклад о состоянии социологической науки в нашей стране. Приглашение было нами принято. Благодаря инициативе Ирины Александровны мы изыскали необходимые средства и вылетели в Цюрих, где нас должны были встречать. Но, увы, никакой встречи не было, денег тоже, и мы оказались в аэропорту Цюриха, как говорили раньше, «без кола и двора». Но все обошлось. Во время полета И.А. Сосунова познакомилась со своей соседкой и всю дорогу с ней о чем-то оживленно беседовала. Оказалось, что ее собеседница летела в Цюрих к дочери в гости, а муж дочери работал в Торгпредстве. Он и встретил свою тещу на машине. А теща настолько прониклась симпатией к Ирине Александровне, что предложила нам проехать с ними до Цюриха и решить все наши проблемы. Мы так и сделали. В Цюрихе мы позвонили в Ньюшатель и узнали, что нас ждут завтра прямо в Ньюшателе, а не в Цюрихе. Наши гостеприимные хозяева купили нам билеты на поезд, и мы отправились в Ньюшатель, где нас встретили на вокзале. Дальше все обошлось без приключений. Через корреспондента местной газеты мы отправили в Цюрих деньги за билет и наши традиционные московские сувениры. Корреспондент была изумлена поступком наших земляков, потративших свои деньги на незнакомых людей, уверяя нас, что швейцарцы бы так не поступили. У нас не было оснований ей не верить.

Доклады наши на конференции вызвали большой интерес, мы тоже узнали для себя много полезного, особенно по вопросам федеративного устройства страны.

Переход к рыночным (капиталистическим) отношениям в начале 90-х годов начался в условиях дезинтеграции массового сознания, свидетельствовавшей о социально-психологической неготовности абсолютного большинства населения к такого рода переходу. Эту неготовность подтверждали в частности результаты социологического исследования, проведенного сотрудниками Института социально-политических исследований РАН в апреле-мае 1991 года.14 Было опрошено 716 рабочих и специалистов на трех государственных предприятиях: шадринском автоагрегатном заводе, тамбовском заводе «Электроприбор» и московском НПО «Торий». Опрашиваемым был задан вопрос: «По какому пути должна развиваться наша страна в ближайшей перспективе?»

В зависимости от типа политической ориентации все опрошенные разделились не четыре группы, каждую из которых характеризуют определенные социальные качества

Наибольшее число респондентов из предложенного набора ответов выбрали — «по пути развитых капиталистических стран Запада к обществу свободного предпринимательства» (30,5% опрошенных, в том числе 29,1% рабочих и 32% специалистов). Среди них больше, чем среди всех опрошенных, мужчин, молодежи, высококвалифицированных рабочих, рядовых специалистов, а также людей, стремящихся организовать собственное дело, жителей крупного и среднего городов. Эти лица поддерживают введение частной собственности без ограничения масштаба и сферы ее распространения. Как правило, их не пугают перспектива социального расслоения общества и безработица. Их общую позицию довольно точно сформулировал один из респондентов, написавший в анкете: «Старая система доказала свою полную неэффективность и неспособность к обновлению. Давайте попробуем жить по законам, обеспечивающим во многих странах более высокий уровень жизни. Вперед, к победе капитализма!»

Из многочисленных бесед с респондентами и в процессе анализа их ответов на открытые вопросы анкеты сложилось впечатление, что представители рассматриваемой категории — это, как правило, люди, делающие ставку на свою энергию, знания, предприимчивость, инициативу. Они готовы к борьбе за жизненный успех и в новых социально-экономических условиях рассчитывают не проиграть. Эти люди поддерживают радикальную экономическую реформу, выступают за новые отношения собственности, за быстрое обновление всей нашей жизни. Их выбор сформировался в условиях кризиса административно-командной экономики и ортодоксальной идеологии, отказа от многих экономических и политических догм в процессе переосмысления прошлого и настоящего страны, расширения представления о Западе, а также под влиянием законодательных инициатив, ориентирующих на переход к экономике рыночного типа.

Вторая по численности группа опрошенных высказалась за развитие «по пути обновленного, гуманного, демократического социализма на основе многообразия форм собственности» (17,7%, в том числе 18,1% рабочих и 17,3% специалистов). Среди них выше удельный вес людей старших возрастных групп, низкооплачиваемых неквалифицированных рабочих и руководителей производства среднего и высокого рангов. Все они испытывают сомнения в сохранении и тем более повышении своего социально-экономического статуса в условиях формирования рынка труда и возможной безработицы. Многие из них уже сейчас ощущают себя людьми бедными и требуют сохранения гарантий в оплате труда, равного для всех социального обеспечения (жилье, путевки, образование, медобслуживание), надежной социальной защиты. В их сердцах чаще находит отклик пропаганда социалистических ценностей, больше сторонников коммунистической идеологии.

Третья группа респондентов предпочитает развитие «по пути смешанной экономики, на котором в основном действуют два сектора — социалистический и капиталистический» (17,3%, в том числе 12,7% рабочих и 22,4% специалистов). Это направление чаще привлекает работающих в крупных городах квалифицированных специалистов старше 40 лет. Смешанная экономика представляется им наиболее реалистическим вариантом постепенного преобразования нашего общества, позволяющим избежать резкого падения жизненного уровня значительной части населения и социального взрыва. Допуская существование капиталистического сектора экономики, представители этой группы по своим политическим ориентациям близки к первой группе. Однако с практической точки зрения этот вариант малоэффективен, поскольку для успеха экономической реформы, по мнению многих советских и западных экономистов, необходимо вводить все элементы рыночной экономики комплексно и одновременно.

Четвертая группа работников высказывалась за «особый исторический путь развития, отличный от пути других стран» (11%, в том числе 10,2% рабочих и 11,8% специалистов). В этой группе выше среднего удельный вес женщин и специалистов малого города. По своему содержанию это скорее не социально-экономический выбор, а эмоционально-патриотическая позиция, политически более близкая к варианту обновленного социализма.

Остальные респонденты согласились с тем, что «в условиях глубокого кризиса страны невозможно определить пути ее дальнейшего развития» (15,2%) или затруднились ответить (8,3%). Один из них в ходе опроса заметил: «Как выбирать? Социализм — это горько, капитализм — страшно». Это свидетельствует о сохранении в некоторых слоях общества негативных идеологизированных в массовом сознании стереотипов альтернативных моделей развития. В этой группе в два раза больше, чем в среднем по массиву, доля женщин.

Отношение респондентов к различным формам собственности нашло отражение в ответах на вопрос об их эффективности. Наилучшая организация и наивысшая производительность труда могут быть обеспечены, по мнению опрошенных, на основе коллективной (отметили 36%), частной (23%) и акционерной (17%) форм собственности. Наибольшую эффективность государственной и кооперативной форм собственности отметили, соответственно, лишь 3 и 5%.

Коллективная форма собственности привлекает большое число сторонников своим социально-экономическим потенциалом (средства производства и доходы принадлежат коллективам), привычным и демократическим названием. Однако пока не разработан механизм эффективного распределения между членами коллектива фонда потребления и прибыли, сохраняется опасность формального, компанейского подхода к образованию и использованию этой формы собственности без изменения в системе мотивации труда, отношения к труду членов коллектива в сочетании с усилением и без того значительной на крупных государственных предприятиях власти директоров, администрации. Мы уже имеем многолетний опыт малоэффективного применения внутриколлективных стимулов в бригадном и коллективном подрядах. Так что коллективная форма собственности — это снова эксперимент. Вероятно, необходимый, но результат его пока неизвестен.

В ближайшие годы крупные и средние государственные предприятия с наибольшим аффектом будут преобразовываться в акционерные, а небольшие предприятия — в частные. Здесь механизм мотивации отработан на западном опыте, хотя и нуждается в адаптации в наших условиях.

Нужно отметить, что в общественном сознании в эти годы сформировалось в целом положительное отношение к частной собственности как социально-экономической ценности. Отвечая на вопрос «Какое место в нашем обществе, по Вашему мнению, должно принадлежать частной собственности?» 50,3% указали, что она должна развиваться наравне с другими формами собственности в меру своих возможностей; 15% считают, что частная собственность должна стать основной, господствующей во всех сферах народного хозяйства; 13,3% допускают частную собственность во всех отраслях народного хозяйства только в небольших, незначительных размерах; 10,8% — только в сфере торговли, бытовом обслуживании, кустарных промыслах. Неприемлемой, недопустимой в нашем обществе частную собственность считают лишь 6% рабочих и 2% специалистов.

Магистральный путь развития экономических отношений — это множественность форм собственности, сосуществующих и экономически соревнующихся между собой в условиях рынка на основе критериев социально-экономической эффективности. Разумеется, новые для нашей страны формы собственности должны формироваться на непринудительной, добровольной основе с учетом специфики производства, кадрового потенциала предприятия, особенностей региона. При этом не исключается одновременное существование на одном предприятии нескольких форм собственности. Оптимальное же соотношение форм собственности в каждой отрасли будет различным и непостоянным во времени. Динамика, свободное перетекание капитала из одной формы собственности в другие, более эффективные — важное условие эффективного развития общественного производства. Представляется, что в ближайшие пять лет ведущими формами собственности в промышленности будут государственная, акционерная и коллективная с постепенным расширением сферы и масштаба применения частной собственности.

Социальное расслоение общества по уровню доходов и имущественному цензу обнажило два полюса формирующейся социальной структуры. На одном из них — миллионеры, на другом — безработные. Между ними — основная масса трудящихся, уверенность в будущем которых неодинакова. Оценивая перспективу усиления социального расслоения нашего общества, опрошенные разделились на «оптимистов», «сомневающихся» и «пессимистов». «Оптимистов» (их оказалось 25%) такая перспектива привлекает, поскольку она означает, что предприимчивые, инициативные, деловые люди наконец-то будут вознаграждаться за свой труд. Доля «оптимистов» среди рабочих и специалистов примерно одинакова. Более уверенно смотрят в будущее квалифицированные рабочие в возрасте 30—50 лет и производственные руководители низового и среднего звеньев Они рассчитывают пробиться в «средний класс», а если повезет, стать богатыми людьми.

У «сомневающихся» (36%) социальное расслоение общества вызывает противоречивые чувства. По их мнению, оно может обеспечить рост производительности труда, но нет уверенности, что его результаты будут распределены справедливо, по заслугам. Характерно, что доля «сомневающихся» среди специалистов почти вдвое больше, чем среди рабочих (соответственно 45 и 28%).

Третью, самую многочисленную группу «пессимистов», охватывающую 39% опрошенных, удручает перспектива усиления разделения общества на богатых и бедных. Респонденты опасаются, что хитрые и ловкие люди будут беззастенчиво наживаться за счет честных и скромных тружеников. Пессимистическую точку зрения разделяют почти половина рабочих (49%) и более четверти специалистов. Как правило, это молодые или пожилые работники низкой и средней квалификации, чаще — женщины. После апрельского повышения цен многие из них оказались за чертой бедности. У них нет сомнений, к какой категории — богатых или бедных — себя отнести.

Способно ли наше общество выдержать «шоковую терапию»? Ясно, что большая часть населения с трудом выдерживает результаты апрельских инъекций наших терапевтов. Однако, отвечая на вопрос анкеты «Поддержали бы Вы такие меры преодоления экономического кризиса, которые вначале, в течение одного — двух лет, приведут к снижению уровня жизни людей, а затем к заметному, устойчивому улучшению жизни народа?» 10% без всяких оговорок ответили «да». Еще 60% опрошенных поддержали бы такие меры в случае какой-то гарантии, что жизнь затем станет лучше. 26% считают политику, заранее готовящую ухудшение жизни народа, ошибочной и не поддерживают ее. Эти данные подтверждают: наше общество давно нуждается в надежной, глубоко продуманной, взвешенной и понятной всем программе социально-экономических преобразований с четко обозначенным на ближайшие два—три года положительным результатом. Такую программу большинство народа поддержит. Но следует помнить, что доводить бедность до порога нищеты нельзя. Это чревато социальным взрывом. Поэтому, на наш взгляд, следует пока воздержаться от либерализации цен на основные потребительские товары.

Новые условия хозяйствования потребуют усиления деловой активности людей во всех экономических структурах. По данным опроса, число желающих организовать собственное дело достаточно велико. Не против иметь свой бизнес 47% рабочих и 61% специалистов. Потенциальных предпринимателей больше среди молодых мужчин до 30 лет и лиц пенсионного возраста, квалифицированных рабочих и специалистов. Не у всех из них желание стать предпринимателем воплощается в конкретные действия. Практических результатов на этом пути достигли лишь 6% рабочих и 2% специалистов.

Наиболее привлекательной сферой предпринимательской деятельности для рабочих оказались сельскохозяйственное производство, торговля и бытовое обслуживание. По мнению опрошенных, здесь легче организовать собственное дело, быстрее получить прибыль.

Наиболее существенные проблемы, возникающие при создании собственного дела, по компетентному мнению тех, кто этим занимался, состоят в отсутствии собственных финансовых средств, получении производственного помещения или участка земли, необходимого сырья и оборудования, а также связаны с безразличием, бюрократизмом или противодействием органов власти, руководителей разного уровня и с высокими налогами.

В условиях рыночной экономики изменение отраслевой структуры общественного производства, ликвидация неэффективных экономических структур и убыточных производств приведет к усилению трудовой мобильности и высвобождению из сферы производства значительного числа работников. Не каждому из них удается быстро найти новое место работы. Если сегодня число безработных в СССР, по предварительным оценкам, составляет 1,5—2 млн. человек из 145 млн. трудоспособных, то в ходе экономических реформ безработица может возрасти в 4—5 раз (до 7—9 млн.).

Среди причин возможной потери работы наибольшие опасения у опрошенных вызывают банкротство и ликвидация предприятий, на которых они работают (21%), возраст (10%), состояние здоровья (8%), ненужность в условиях рынка их профессии (7%) и недостаточность собственных знаний, опыта работы, квалификации (5%).

Возможность в скором времени остаться без работы вызывает наибольшие опасения у молодых рабочих — выпускников ПТУ, рабочих низкой и средней квалификации и работниц — женщин. Этим категориям, вероятно, в первую очередь потребуется социальная защита государства: материальная помощь, содействие в трудоустройстве и переобучении.

При обсуждении проблем образования в условиях рыночной экономики, в частности вопросов его организации и финансирования, выяснилось, что большая часть опрошенных (54%) считает: в стране должны одновременно существовать различные учебные заведения: (бесплатные — государственные, платные — частные и частично оплачиваемые за углубленное изучение отдельных дисциплин). Вместе с тем 28% опрошенных (в том числе 43% рабочих и 11% специалистов) настаивают на сохранении бесплатного образования всех ступеней. Среди сторонников такой формы больше всего людей непосредственно в этом заинтересованных: нуждающиеся в продолжении образования молодые работники 16—18 лет и работники в возрасте 31—40 лет, чьи дети в настоящее время учатся.

Еще больше сторонников сохранения бесплатного медицинского обслуживания {38% среди всех опрошенных и 53% рабочих). Однако 16% рабочих и 28% специалистов повышение качества медицинской помощи связывают с введением платы при обслуживании более высокого уровня с сохранением бесплатного минимума медицинских услуг. Отношение к платности в целом коррелируется с уровнем доходов.

Оптимальный вариант преобразования здравоохранения многие респонденты видят во внедрении страховой медицины на основе реформы бюджетно-налоговой системы и участия граждан личными средствами.

Ожидаемый в ближайшее время избыток трудовых ресурсов и принятие нового закона о въезде и выезде создают объективные предпосылки для расширения возможностей граждан работать за границей, а снижение уровня жизни населения в стране в этих условиях может привести к усилению эмиграции. Около 40% опрошенных (в том числе 36% рабочих и 42% специалистов) изъявили желание временно поработать за границей, а 12% рабочих и столько же специалистов хотели бы уехать за границу насовсем. Как правило, это наиболее квалифицированные работники. Сохранение кадрового потенциала страны в ближайшие годы во многом зависит от эффективности осуществляемых экономических программ и уровня жизни населения.

Результаты исследования позволили сделать вывод, что трудовой народ на пороге рынка не являет собой общность неделимую и целостную, а «составляющие его социальные группы готовы к переменам неодинаково, возможности их адаптации в новой экономической системе неравны. Они определяются социально-экономическим статусом группы, личности, комплексом их половозрастных, профессионально-квалификационных и социально-психологических характеристик, состоянием здоровья. Значительный слой трудоспособных людей объективно — по своим социальным характеристикам, и субъективно — психологически, к рынку не готов и нуждается в социальной защите общества». Однако необходимая в этих условиях защита не состоялась. Состоялась «шоковая терапия» со всеми вытекающими отсюда последствиями. Наступили «лихие 90-е годы».

Верные о равенстве мечте

Заплатить могли любые цены,

Дерзко приближая перемены,

Но они пришли совсем не те.

Приложение

(документы и материалы)

ПРЕЗИДИУМ АКАДЕМИИ НАУК СССР

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Об основных направлениях деятельности и задачах Института социологических исследований АН СССР (Представление Секции общественных наук)

 

На июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС деятельность Института социологических исследований АН СССР была подвергнута обоснованной и резкой критике.

В соответствии с задачами, вытекающими из материалов июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС, и во исполнение п.3 постановления Президиума АН СССР от 30 июня 1983 г. #922 "О задачах Академии наук Союза ССР по выполнению решений июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС "Президиум Академии наук СССР рассмотрел вопрос об основных направлений деятельности и задачах Института социологических исследований АН СССР.

Президиум Академии наук СССР отмечает, что за период с момента организации (1968 г.). Институт социологических исследований динамики социально-классовой структуры советского общества, социалистического образа жизни, состояния общественного мнения, социально-демографических проблем, социального прогнозирования и планирования, проблем пропаганды. Проведена определенная работа в области теории, методологии и истории социологии, методического, математического и информационного обеспечения социологических исследований, изучения социологической мысли, ее критические оценки.

Вместе с тем, Президиум Академии наук СССР отмечает, что значительная часть проведенных Институтом исследований по своим масштабам и качеству полученной информации не соответствовали современным требованиям и не позволили сделать обстоятельные обобщения и практические рекомендации.

Не дан анализ новых процессов в движении советского общества к социальной однородности, социальных последствий научно-технической революции, путей и форм соединения имуществ социалистического строя с достижениями научно-технического прогресса.

Мало внимания уделялось исследованию внутриклассовых социально-территориальных и национальных различий в развитии социальной структуры во взаимосвязи с социальной политикой. Недостаточно целенаправленно и систематично велось изучение общественного мнения. Исследования нередко страдали параллелизмом, проводились по несопоставимым методикам. Не завершена разработка систем социальных показателей, необходимых теоретических и методических рекомендаций по планированию, прогнозированию и управлению социальными процессами. В работах Института, посвященных проблемам социалистического образа жизни, не уделялось необходимого внимания изучению причин негативных социальных явлений, путей их преодоления. В исследованиях по социологии семьи не учитывались в должной степени особенности состояния и развития брачно-семейных отношений в различных регионах и группах населения.

Отстала разработка теоретических и методических проблем социологической науки; по существу остались нерешенными такие основополагающие проблемы, как структура социологической науки, взаимосвязь социологии с историческим материализмом и научным коммунизмом. Возник разрыв между эмпирическим материалом, накопленным в ходе конкретных социологических исследований, и его теоретическим осмыслением и обобщением. Непомерно велики сроки обработки получаемых в ходе исследований данных.

Критический анализ новейших концепций буржуазной социологии носил фрагментарный характер, исследования в этой области были слабо ориентированы на решение задач в области пропаганды и контрпропаганды.

Серьезные недостатки имели место в стиле и методах организации научной деятельности. Дирекция и Ученый совет Института не смогли сосредоточить усилия коллектива на исследовании наиболее важных и актуальных проблем социального развития, что породило мелкотемье, давление групповых и диссертационных интересов дублирование в работе ряда подразделений Института. Последнее обстоятельство во многом было обусловлено несовершенством структуры научных подразделений Института, их кадровой малочисленностью и ориентацией на сравнительно частные исследования. Явно недостаточными оказались усилия, направленные на разработку практических рекомендаций, и их внедрение в социальную практику. Ученый совет редко обсуждал крупные теоретические и методологические проблемы, не всегда проявлял взыскательность и требовательность при оценке качества работы научных сотрудников, их аттестации. Имеются недостатки в организации подготовки научных кадров и повышении их квалификации; низка эффективность деятельности аспирантуры.

Работа по координации социологических исследований как в рамках Академии наук СССР и республиканских академий, так и страны в целом, носит во многом формальный характер. Недостаточно эффективна помощь Института социологам, работающим в неакадемических учреждениях, прежде всего заводским социологам; мало издается методической литературы, нерегулярно проводится учеба социологов.

Не удостоверяет в полной мере современным требованиям и работа журнала «Социологические исследования» АН СССР, на страницах которого мало организуется научных дискуссий, редко дается критическая оценка опубликованных по социологии работ и проведенных исследований.

В настоящее время дирекция и партийное бюро Института разработали план мероприятий по реализации решений июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС, устранению отмеченных недостатков ; проделана определенная работа по перестройке научно-исследовательской работы и структуры Института.

Вместе с тем, Президиум Академии наук СССР считает, что сделаны лишь первые шаги по улучшению деятельности Института социологических исследований АН СССР, преодоленью мелкотемья, распыления сил ученых и второстепенных, малоактуальных проблемах, повышению эффективности и качества социологических исследований.

Президиум Академии наук СССР ПОСТАНОВЛЯЕТ:

  1. Руководствуясь решениями XXVI съезда КПСС, июньского (1983 г.) и последующих пленумов ЦК КПСС о необходимости решительного поворота общественных наук к нуждам практики считать основной задачей Института социологических исследований АН СССР комплексное изучение состояния и тенденций развития социальной сферы зрелого социалистического общества , повышение качества исследований и разработку на этой основе научно обоснованных прогнозов и рекомендации по совершенствованию социальных отношений , по социальному планированию и управлению.

  2. Утвердить в качестве основных следующие направления научно-исследовательской деятельности Института:

Исследование социальных условий и факторов ускорения научно-технического прогресса, материальных и моральных стимулов быстрейшего внедрения достижений науки и техники и повышения на этой основе производительности труда, эффективности общественного производства;

Разработка путей совершенствования социалистического образа жизни, стимулирования трудовой и общественно-политической активности всех социально-демографических групп, роста благосостояния на основе социалистических принципов социальной справедливости, повышения эффективности коммунистического воспитания и образования молодежи, преодоления негативных социальных явлений;

Систематическое изучение общественного мнения, разработка практических рекомендаций по улучшению деятельности средств массовой информации и пропаганды, более полному учету информационных потребностей и интересов различных групп населения, повышению действенности и оперативности контрпропаганды;

Анализ и определение путей оптимизации социально-демографической ситуации в стране и ее регионах, разработка рекомендаций по укреплению и развитию семьи, учету соцмальных аспектов здравоохранения и физической культуры населения;

Разработка теоретических, методологических и методических проблем социологических исследований, развитие и углубление исследований по истории марксистской социологии в СССР и других социалистических странах, критика современных буржуазных социологических концепций.

  1. В рамках данный направлений провести, в первую очередь, социологические исследования:

Социальных аспектов экономического эксперимента по расширению прав и усилению ответственности предприятий за результаты работы и подготовку соответствующих предложений (IV квартал 1985 г.)

Социальных проблем бригадной формы организации и стимулирование труда, выработку практических рекомендаций по их развитию (Iквартал 1986 г.);

Социальных проблем формирования материальных и духовных потребностей городского населения (IV квартал 1985 г.);

Путей оптимизации участия трудовых коллективов в принятии и осуществлении управленческих функций ( III квартал 1985 г.);

Конкретных форм и количественных характеристик сближения работников физического и умственного труда в различных отраслях народного хозяйства (IV квартал 1985 г.) ;

Разработать методику планирования социального развития на разных уровнях общественной организации (III квартал 1985 г.);

Разработать программу и методику исследовательских проектов: «Социальная сфера: показатели и тенденции развития» и «Социальные проблемы изучения и формирования общественного мнения» (II квартал 1985 г.).

  1. Дирекции и Ученому совету Института продолжить работу по совершенствованию планирования и стимулирования научно-исследовательской деятельности Института, широко используя :

Организационные формы, позволяющие объединить усилия научных коллективов нескольких отделов, секторов, проблемных групп для реализации крупных исследовательских проектов и общеинститутских теоретических работ;

Различные способы взаимосвязи и кооперации с другими институтами Секции общественных наук Президиума АН СССР;

Поиск и внедрение новых средств и методов повышения заинтересованности сотрудников в осуществлении всего цикла социологического исследования от теоретических и методологических изысканий сбора и обработки эмпирических данных до внедрения в практику разработанных рекомендаций.

  1. Повысить роль Ученого совета Института в организации исследовательский работы, творческом обсуждении актуальных проблем развития социологической науки, обеспечении должного научно-теоретического уровня и эффективности научной продукции сотрудников, ее деловой критической оценке.

Дирекции, Ученому совету Института при проведении конкурсов и избрании на новый срок проявлять необходимую требовательность и принципиальность.

  1. Руководству Института продолжить работу по повышению профессиональной подготовки сотрудников, воспитанию их в духе высокой требовательности и самокритичности; улучшить работу с аспирантами и соискателями, активизировать деятельность специализированных советов по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук и по присуждению ученой степени кандидата наук.

  2. В связи с введением в стране высшего социологического образования Институту социологических исследований АН СССР и другими заинтересованными организациями подготовку учебников и учебных пособий (1984-1985 гг.).

  3. Институту социологических исследований АН СССР существенно перестроить и улучшить координацию проводимых в стране социологических исследований. С этой целью совместно с Советской социологической ассоциации:

Разработать и представить в Секцию общественных наук Президиума АН СССР сводный комплексный план исследований актуальных социальных проблем развитого социализма, осуществляемых социологическим подразделением АН СССР и академии наук союзных республик, другими социологическими учреждениями страны с перспективой до 1990 года (I квартал 1985 г.);

Завершить в сотрудничестве с Госкомтрудом СССР разработку и внедрение типового Положения о службе социального развития трудовых коллективов отрасли (1985 г.);

 

Подготовить предложения о создании всесоюзной социологической службы, совершенствовании сети социологических учреждений страны и представить в Секцию общественных наук Президиума АН СССР (I квартал 1985 г.);

Подготовить и провести всесоюзное совещание социологов для обсуждения организации социологических исследований и повышения их роли в решении актуальных проблем социального развития (IV квартал 1984 г.).

  1. Институту Социологических исследований АН СССР постоянно уделять внимание обобщению опыта заводских социологов, совершенствованию методической и информационной помощи им. В связи с чем возложить на Институт функции центра по подготовке кадров заводских социологов для Москвы и Московской области; предусмотреть регулярную организацию совместно с заинтересованными ведомствами и учреждениями научно-практических конференций и семинаров социологов, работающих в различных отраслях производства, культуры, средств массовой информации.

  2. Отделению философии и права АН СССР принять необходимые меры к улучшению научного руководства деятельностью Института социологических исследований АН СССР, рассмотреть вопрос об основных направлениях научно-исследовательской деятельности и планированию исследований, укреплению взаимодействия и кооперации Института социологических исследований АН СССР с другими институтами Отделения (I квартал 1985 г.).

  3. Повысить роль журнала «Социологические исследования» АН СССР в решении актуальных теоретических и методологических проблем социологии, в организации научных дискуссий, в повышении научно-теоретического уровня и эффективности социологических исследований, в обеспечении тесной связи с научными учреждениями, вузами, заводскими социологами; редколлегии журнала принять меры к улучшению критико-библиографической работы.

  4. Получить Секции общественных наук Президиума АН СССР до 1 октября 1984 г. рассмотреть предложения Института социологических исследований АН СССР об увеличении штатной численности Института, укреплении его материально-технической базы и дополнительному финансированию.

  5. Контроль за выполнением настоящего постановления возложить на Отделение философии и права АН СССР.

  6. Считать утратившим силу постановление Президиума АН СССР от 29 апреля 1976 г. №376 «Об основных направлениях деятельности Института социологических исследований АН СССР».

 

Справка о согласовании

Имеются визы:

Секции общественных наук ( ак. Федосеев П.Н.)

Отделения философии и права (чл.-к. Кудрявцев В.Н.)

Научно-организационного отдела ( Филипов В.А.)

Редакционно-издательского совета (Лихтенштейн Е.С.)

Управление кадров (Цыпкин Г.А.)

Юридического отдела УД (Петренко Л.Ф.)

1 Г.В. Осипов, Л.Н. Москвичев, Социология и власть (как это было на самом деле) м, 2008г. с. 403

2 См.: Бюллетень Совместногозаседания Совета Союза и Совета национальностей. 1991.№ 1, с. 3.

3 См.: ИвановВ.Н. Сенежский форум. Актуальная политика. 1993. №№ 2–6, с. 58.

4 Антонов-ОвсеенкоА. Напрасный подвиг? Герои нашей истории: подлинные и мнимые. М., 2003, с. 160.

5 Вилен Иванов. Современная Россия (взгляд экспертов и поэта). М,2012,стр.36

Фотогалерея

Контакты

Тел: +7 (499) 530-28-84 пн–пт 09:00–17:00

Адрес: ул. Фотиевой, 6, корп.1

E-mail: vilen.ivanov@yandex.ru

 

JoomShaper